Изображения страниц
PDF

особняк Кшесинской, где помещались ЦК, ПК и Военная организация. были закрыты 13 большевистских газет, прежде всего «Правда»; ряд ак. тивных работников партии были арестованы, а В. И. Ленин был вынужден перейти на нелегальное положение. На большевиков обрушились потоки грязной черносотенной клеветы. Но партия выстояла под ударами контрреволюции. Абсолютным домыслом Дэниэлса является утверждение, что ЦК перестал «функционировать». 13—14 июля было проведено расширенное совещание ЦК с представителями партийных организа. ций Петрограда и Москвы. Обсуждались тезисы В. И. Ленина «Политическое положение», вопрос явки В. И. Ленина на суд. Все партийные ор. ганизации жили напряженной жизнью: шла подготовка к партийному съезду. Перед VI съездом было проведено свыше 20 областных, город ских, губернских окружных конференций ". Это отнюдь не свидетельст вует о том, что жизнь партии замерла. - . В подтверждение тезиса об организационном кризисе большевистской партии буржуазные историки не приводят, как правило, никаких доказа. тельств. Это не значит, что не было фактов выхода из партии, колебаний в мелкобуржуазных, околопролетарских прослойках трудящихся. Такие факты были. Но они перекрываются фактами обратного порядка: сплочением и ростом рядов большевистской партии, поворотом в пользу боль. шевиков настроения широких масс народа. Л. Шапиро утверждает, что о быстрой «убыли популярности» большевиков якобы говорят анкеты делегатов VI съезда партии 19°. В действительности эти анкеты свидетельствуют об обратном 19°. Л. Шапиро подошел к документам съезда с присущей ему тенденциозностью и даже решился на откровенный подлог: «не заметил» такой мелочи, как доклады делегатов съезда, где полнее и подробнее чем в анкетах, проанализировано положение в стране и в партии после июльских событий. В докладах показано сохранение влияния партии среди рабочих и солдат, сплочение и укрепление партийных организаций. Вот выдержки из докладоз по ряду основных районов". Петроград: «Наше влияние после разгрома не ослабело, и число членов партии увеличилось на 2500 человек..." Происходившие частичные перевыборы в Совет после событий 3—5 июля являются лучшим показателем растущего влияния нашей партии». Мос. ква: «Стало труднее созывать собрания, устраивать митинги. Но заторабота пошла вглубь, и убыли членов в организациях не замечается». Урал. «События 3—5 июля сначала породили минорное настроение, но вообще отрицательного воздействия не имели и даже послужили некоторым фильтром». Поволжье: «Первое время была растерянность и даже некоторый отлив рабочих из наших организаций (Саратов). Затем это прошло, и в некоторых местах Поволжья замечается новый прилив рабочих к нам». Реальное положение в партии после июльских событий, отражен. ное в документах VI съезда РСДРП(б), не имеет ничего общего с картиной, которую стремятся создать буржуазные историки.

199 «История КПСС», т. III, кн. 1, стр. 168.

* L. Schapiro. Ор. cit., p. 167.

* Это, в частности, наглядно показано И. И. Минцем в «Истории Великого Ок тября» (т. 2, стр. 647—648).

* «Шестой съезд РСДРП(б). Протоколы», стр. 46—47, 58, 81, 91.

* Возможно, что эта цифра не дает полного представления о росте партии в Петрограде в этот период. В работах советских историков встречается цифра 5334 человека (см., напр., «Октябрьское вооруженное восстание», кн. 1, стр. 387).

две книги по истории русского МАСонстВА

В последние годы значительно возрос интерес к истории русской культуры, в частности, культуры второй половины XVIII и начала XIX в. Одной из наиболее сложных н наименее разработанных проблем здесь является проблема русского масонства. Поэтому два издания, посвященные русскому масонству и вышедшие в Париже,— библиография русской дореволюционной и советской литературы " и биографический словарь масонов? — представляют несомненный интерес для советских исследователей. Составители обеих книг рассматривают русское масонство с единственно правильной точки зрения. Их интересует не «работа» масонских лож сама по себе (их обряды, песни и т. п.), но масонство как историческое явление, его социальный состав, этапы движения, а главное — его роль в истории общественной мысли и шире — в истории русской культуры. История русского масонства была сравнительно кратковременной. Легенда связывает его появление в России с именем Петра I, но первые достоверные известия относятся лишь к 1730-м годам. Деятельность масонских лож после запрещения ее в 1822 г. сколько-нибудь серьезного общественного значения уже не имела. Во времена своего расцвета (1770—80-е гг. и в первом 20-летии XIX в.) масонство было заметным явлением в русской общественной и культурной жизни. Биографический словарь, составленный Т. А. Бакуниной, содержит 3267 нмен. Составительница считает, что это далеко не полная цифра и что действительное число масонов в России может быть определено приблизительно в 4 или даже в 5 тыс. человек (стр. XIX). Листая словарь, почти на каждой странице встречаем рядом с именами малозаметных или вовсе неизвестных лиц имена очень известные в отечественной истории: архитекторов В. И. Баженова и А. Н. Воронихина, писателя А. П. Сумарокова, художников В. А. Тропинина и Н. И. Уткина, историков М. М. IЦербатова и И. Н. Болтина, политических деятелей Паниных, полководца А. В. Суворова, просветителя Н. И. Новикова, революционеров А. Н. Радищева, П. И. Пестеля. Членами масонских лож были и А. С. Пушкин, и А. Х. Бенкендорф, те Муравьевы, «которых вешали», и МуравьевВешатель... Уже одно это обилие и противоречивое разнообразие имен предвещает не только интерес и важность изучения масонства, но и трудности, которые встают перед исследователями этого исторического явления. Русское масонство не было обойдено вниманием историков общественной мысли, литературы, искусства. Приведем еще одну цифру: в рецензируемой библиографии учтено 1030 различных изданий по истории масонства в России. В это число вошли публикации разнообразных источников — документальных, мемуарных, эпистолярных, статьи и монографии дореволюционных русских и советских исследователей, посвященные истории, организации, идеологии русского масонства и деятельности некоторых видных масонов второй половины XVIII — первой четверти XIX в. Прибавим, что составитель оправданно не включил в библиографию общеисторические труды, энциклопедии, словари, учебники и другие издания, где также можно встретить более или менее развернутые сведения и оценки масонского движения или отдельных его периодов 3. Советские исследователи неминуемо сталкизались с проблемой масонства при изучении истории общественной мысли, деятельности Новикова, Карамзина, Радищева, де

* . * Рац 1 В ou rych ki пе. Віbliographie sur la franc-maconnerie en Russie. Соmpelée et mise au point par Таtiana Bakounine Préface de Roger Portal Paris, 1967, 174 р. * Repertoire biographique des francs-macons russes (XVIII et XLX siècles) par Таtiana Вakounine Dokteur de luniversite de Paris. Paris, Institut d'études slaves de l’uniVersité de Paris, 1967, LV+655 рр. Интересна история этого словаря. Впервые он был выпущен в Брюсселе весной 1940 г. всего в 500 экз. Большая часть книг осталась в типографии и погибла в военные годы. Небольшое количество уцелевших экземпляров уже после войны было разослано в крупнейшие библиотеки мира (в том числе в ГБИЛ в Москве).

* Например, в известной монографии М. В. Нечкиной «Движение декабристов» (т. 1. М., 1955) уделено немалое внимание связям декабризма с деятелями «первого Круга русской освободительной идеологии» (стр. 90) и масонам-декабристам (стр. 105— 106). В многотомной академической «Истории русской литературы» большой раздел

}ящен «масонской литературе». (См. IV. М.— Л., 1947). Автор раздела Н. К. ПикС3НОВ.

15 История СССР, No 3

[graphic]

кабристов, Грибоедова, Пушкина. Были сделаны весьма интересные наблюдения, обнаружены новые материалы. Определилась совершенно правильная тенденция рассматри. вать масонство не как обособленное, самодовлеющее явление, но в связи с общими закономерностями и особенностями социально-экономического и культурного развития своего времени. Сравнительное обилие литературы о русском масонстве не означает, однако, что это движение изучено во всех его аспектах. До сих пор во многом справедливы слова А. Н. Пыпина: «В истории наших масонских лож XVIII и первой четверти XIX в. до сих пор остается много неясного, события все еще представляются отрывочно, разные масонские направления остаются довольно смутными» ". Изучая литературу о масон. стве, нетрудно заметить, что она главным образом посвящена частным вопросам, иногда важным, нередко второстепенным, мелким. Обобщающие труды малочисленны. Они сосредоточены на истории масонства XVIII в. Современного читателя они не могут удовлетворить ни по своему фактическому материалу, ни, особенно, по своей методологии. Публикации материалов, статьи, заметки о масонстве рассеяны по многочисленным сборникам, журналам, некоторые издания давно исчезли из поля зрения исследователей. Все это сильно затрудняет изучение истории масонства. Составителю «Библиографии по масонству в России» П. Бурышкину пришлось просмотреть том за томом важнейшие журналы и сборники, выходившие в России в XIX и XX в. В результате все интересующиеся вопросами, связанными так или иначе с историей масонства, получили ценное пособие для ознакомления с литературой и публикациями источников. Библиографическое описание изданий дается на русском языке с переводом названий на французский. Работу с «Библиографией» облегчают список использованных составителем источников (журналы, сборники, газеты и т. п.) и именной указатель. Кроме того, в приложении дан список трудов по истории русского масонства на французском языке (7 названий). Во введении к «Библиографии» Т. А. Бакунина предупреждает читателя, что этот первый опыт не лишен недостатков: пропусков, неточностей. К сожалению, с этим приходится согласиться. Приведем несколько примеров. В «Библиографию» включена работа А. И. Герцена «Старый мир и Россия»», где о масонстве даже не упомянуто. Зато нет гораздо более значительного труда «О развитии революционных идей в России», в котором Герцен дал краткую, но выразительную оценку значению масонской деятельности Новикова для русского общества. «Каким огромным делом,— писал он,— оказалась эта смелая мысль — объединить во имя нравственного интереса в братскую семью все, что есть умственно зрелого, от крупного сановника империи, как Лопухин, до бедного школьного учителя и уездного лекаря!»". В «Библиографии» стсутствуют статьи Ю. М. Лотмана «Из истории литературно-общественной борьбы 80-х гг. XVIII в. А. Н. Радищев и А. М. Кутузов» " и «М. А. Дмитриев-Мамонов — поэт, публицист и общественный деятель»", статья Н. Д. Кочетковой «Идейно-литературные позиции масонов 80—90-х годов XVIII в. и Н. М. Карамзин» °, исследование А. В. Поздеева, «Ранние масонские песни» *. Не находим мы в «Библиографии» публикации писем А. М. Кутузова к И. П. Тургеневу 19 с содержательной вступительной статьей Ю. М. Лотмана, возражающего против прямолинейных оценок масонства и отдельных деятелей этого движения. В частности, он обоснованно указывает, что истолкование некоторыми исследователями позиции Московского масонского кружка (в котором видную роль играли Н. И. Новиков и А. М. Кутузов) «как мракобесно-реакционного спутывает всю исторически-реальную картину». «Вывод о том, что либеральная позиция Кутузова и революционера Радищева находились по разные стороны баррикады, что борьба с дворянским либерализмом, его разоблачение и дискредитация принадлежали к основным задачам Радищева, представляются мне решительным преувеличением и смещением исторической перспективы»,— пишет Ю. М. Лотман ". Как видим, в «Библиографии» не учтены работы, имеющие важное значение для понимания масонства, и поэтому она не может быть признана полной даже на 1967 г.— дату ее выхода в свет. Особый интерес представляет «Библиографический словарь». Т. А. Бакунина проделала огромную работу по выявлению членов масонских лож (напомним, что ею учтено

* А. Н. Пыпин. Русское масонство XVIII и первой четверти XIX в. Ред. и прим. Г. В. Вернадского. Пг., 1916, стр. 335. * А. И. Герцен. Собр. соч. в 30 томах, т. VII. М., 1956, стр. 190. * См. в кн. «Радищев. Статьи и материалы». Л., 1950, стр. 81—116. * «Уч. зап. Тартусского гос. ун-та», 1959, вып. 78. * В кн. «Русская литература XVIII века. Эпоха классицизма». М.— Л., 1964. * «Scando — Slavica», t. 8, МСМLXII. ** «Сочувственник А. Н. Радищева А. М. Кутузов н его письма И. П. Тургеневу». Вступительная статья Ю. М. Лотмана, подготовка текста и примечания В. В. Фурсенко. Уч. зап. Тартусского гос. ун-та. Вып. 139. Труды по русской и славянской филологии», VI. Тарту, 1963. * Там же, стр. 287.

3267 имен) и разысканию сведений о них, что во многих случаях было связано с большими трудностями. Они объясняются и характером источников — масоны предпочитали действовать тайно: имена масонов, имевших высшие степени, были неизвестны даже членам лож. Правительственные преследования вынуждали скрывать и уничтожать материалы, связанные с именами членов лож. Кроме того, большинство масонов ничем особенным не выделялось, и об их деятельности трудно найти какие-либо свидетельства. Наконец, в большинстве документов масоны-дворяне называются только по фамилиям. Это затрудняет установление, кто именно из многочисленной подчас дворянской семьи конкретно имеется в виду (стр. XXI). Биографические статьи, там где это позволяли источники, строятся по схеме: даты жизни, образование, служебная карьера и прочие занятия, масонская деятельность. В конце каждой статьи приведена библиография. Последнее особенно важно ввиду того, как уже отмечалось, что сведения о многих масонах рассыпаны в многочисленных публикациях, о многих имеются лишь беглые упоминания в общих трудах. Библиографическая культура «Словаря» (как и первого издания) высока — выборочная проверка не обнаружила ни одной неточности в описании источников, указании на страНнцы и т. п. Однако к биографическим статьям есть немало претензий. Нередко нарушается принятая схема статьи, что в подобного рода изданиях является существенным недостатком. Например, в ряде случаев не говорится об образовании лица, которому посвящена статья. Нет сведений? — тогда так и нужно было бы сказать. Сообщается об отношении к крепостному праву А. П. Сумарокова («противник освобождения крестьян»,— стр. 524), О. А. Поздеева («сторонник крепостничества и угнетения крестьян» — стр. 419). Об отношении других масонов к этому важнейшему вопросу русской жизни того времени умалчивается. Для понимания некоторых особенностей масонства в России существенно знать о родственных отношениях между членами лож. К сожалению, такие сведения крайне редки (например, только об одном из восьми Долгоруких, статьи о которых имеются в «Словаре», сказано, чьим он был сыном — стр. 125). Было бы важно сообщить, что А. К. Рубановский был другом, а впоследствии и родственником А. Н. Радищева (дядя его первой и второй жен). Кстати, в библиографии, содержащей два названия, не указана статья о Рубановском в «Опыте исторического словаря о русских писателях» Н. И. Новикова. Можно было бы указать и статью П. А. Беркова «Материалы для биографии А. Н. Радищева», где имеются сведения о нем *. Библиография к статье о Радищеве ограничивается дореволюционными изданиями. Здесь нет работы «Радищев и масонство» В. П. Семенникова ** — единственной по этой проблеме в радищеведении. Библиографическим статьям предпослано введение, в котором кратко схарактеризовано значение масонства в истории русской культуры, состояние источников и литературы, даны сведения о возникновении и развитии масонского движения, характеристика религиозно-нравственных исканий русских масонов, их отношения к государcтвeннoй власти, к политике. Т. А. Бакунина специально остановилась на вопросе о количественном составе масонских лож, об их социальном составе. Таким образом, в этом небольшом по объему очерке (стр. IX—IV) затронуты почти все основные проблемы истории русского масонства. Как уже отмечалось, в этой истории очень много спорного, недостаточно выясненного. Естественно, что немало спорного и во вводном очерке. Автору свойственна некоторая идеализация русского масонства, сглаживание тех внутренних противоречий, которые оно в себе заключало. Роль масонства в русской общественной жизни и культуре не может быть оценена однозначно. Т. А. Бакунина настаивает на том, что масонство XVIII и первой четверти XIX в. было по сути единым (стр. XV). Однако это не так. Развивалось общество, менялось многое и в масонстве. Характерно, что Пушкин, сам бывший членом Кишиневской масонской ложи, воспринимал масонов прошлого века как людей иной эпохи, иного склада ума и характера ". Сами члены масонских лож тоже не были едины в своих взглядах, стремлениях. Т. А. Бакунина подчеркивает, что русские масоны «отбросили утопические стремления западных масонов и преобразовали принципы ордена в философию морали, которую они стремились осуществлять в жизни» (стр. XII). Это можно сказать о Новикове и его друзьях. Но ведь были в России масоны и другого типа. Недаром Новиков и его друзья решительно отделяли себя от «всех шарлатанств», от зсех «иногда ксрыстолюбивых, иногда честолюбивых, а иногда мечтательных видов некоторых брp (братьев)». Новиков с презрением говорит о «великолепных обрядах», о том, что «призывание духов не что иное есть, как мерзость Ваалова или так называемая како-магия, прокли

* См. «Радищев. Статьи и материалы», стр. 232—235. 13 } В. П. Се м е н н и ков. Радищев. Очерки и исследования М.— Пг., ГосВздат, 1923.

" См. А. С. Пушкин. Полн. собр. соч. в 10 томах, т. 7, М., 1958, стр. 352—353.

[ocr errors]

наемая во многих местах св. Писания» **. Кстати сказать, и «западное масонство» было не однородным, и в нем шли поиски «истинного масонства» ". И еще одно замечание. Автор настойчиво, привлекая высказывания масонов и дру. гих современников, доказывает, что деятельность масонов в России носила вполне легальный характер, что обвинения их в политической пропаганде лишены серьезного основания (стр. XXVIII). В общем это справедливо. Но, как и в других случаях, когда мы сталкиваемся с проблемами масонства, слишком категорические формулировки вызывают сомнения. Действительно ли так далеки были все масоны от политических вопросов, как они это подчеркивали в своих письмах (перлюстрировавшихся!)? Когда Екатерина II запрещала деятельность масонских лож, упрятывала Новакова в Шлиссельбургскую крепость, когда она обвиняла московских масонов в связяи с якобинцами, а Радищева называла мартинистом, она, конечно, все искажала, ошибалась. Но отбросить эти обвинения просто как вздорные было бы вряд ли правильно Классовое чутье подсказывало императрице, что масонские взгляды содержат в себе элементы неприятия морали феодально-крепостнического общества и, будучи проведены последовательно, могут привести к неприятию и политики, направленной на укрепление этого общества. Новиков и его друзья не были способны на такую последовательность. Но пример Радищева говорил о многом. В дальнейшем правительство Александра I пыталось использовать масонство в своих интересах ". Однако из этого ничего не пслучилось. В 1822 г. все ложи были вновь запрещены. Среди масонов было немало будущих декабристов; по подсчетам В. И. Семевского, 50 человек 18. Некоторые из них разочаровались в масонстве, з воз можностях использовать его в целях политического переустройства общества. Н. Муравьев, Сергей и Матвей Муравьевы-Апостолы, П. Пестель вышли из состава масон. ских лож в 1818—1819 гг. К 20-м годам XIX в. размежевание масонов стало полярным. И 14 декабря 1825 г. на Сенатской площади, по справедливому замечанию Т. А. Бакуниной, «масоны находятся по обеим сторонам баррикад в прямом смысле слова. Брат поднялся против брата, член ложи против своего сочлена» (стр. XXXII). Масонство ставит перед учеными множество интересных, нерешенных проблем. Несмотря на отдельные погрешности, «Библиография по масонству в России» и «Биографический словарь русских масонов» явятся хорошим подспорьем в исследователь: ской работе.

[ocr errors][merged small][merged small]

Несколько обстоятельств побуждают нас привлечь внимание читателей к коллек. тивной работе группы молодых датских славистов «Датская эмиграция в Россию 1875—1914» ". Прежде всего, как в советской, так и в зарубежной литературе почти не исследован вопрос об иммиграции в капиталистическую Россию вообще. Далее, бро. шюра (в ней 76 страниц, отпечатанных ротапринтом) является свидетельством неосла: бевающего в Скандинавии интереса к вопросам русско-скандинавских связей и к истоии СССР в целом, интереса, наиболее заметного у молодого поколения историков ричем, на наш взгляд, именно в Дании этот интерес выражен наиболее отчетливо Датская славистика, по сравнению с остальными скандинавскими странами, имеет бо: лее глубокие корни, более прочную традицию. Советским исследователям русского средневековья известны имена Вильгельма Томсена, покойного А. Стендер-Петерсояз. а из ныне здравствующих ученых — Б. Нерретрандерса и К. Рабека Шмидта". В Дания издается, как известно, и межскандинавский историко-филологический журнал «Scan. do-slavica», еще ждущий своего сбозрения в нашей печати.

* S. А а. С hr is ten se n, L. Р. Рou | se n - На n sen, В. Ron ne, М. Та пggaar d. Den danske emigration til Rusland 1875—1914. КоЬenhavns Universitet. Slaviss Institut. Forarssemesteret, 1970.

* См., в частности, заметки А. Нарочницкого («Вопросы истории», 1960, No 3), А. Филитова («История СССР», 1965, No 1, стр. 206—208). Капитальная монография К. Рабека Шмидта о древнерусской социальной терминологии используется нашими историками, не будучи, к сожалению, отрецензированной.

[graphic]
« ПредыдущаяПродолжить »