Изображения страниц
PDF

ках Большого доклада «Феодализм как историческое явление, как социальное явление и как способ производства». Выступили 88 делегатов, из них 38 советских и 31 из других социалистических стран. Обсуждение сконцентрировалось вокруг генезиса феодализма в ряде регионов Европы. Основными были доклад З. В. Удальцовой и Е. В. Гут новой и примыкавшие к нему доклады Д. Ангелова (Болгария), Ж. Секе и (Венгрия), Х. Ловмяньского (Польша). Получил поддержку взгляд советской историографии, считающей типологию генезиса одним из элементов познания истории феодализма как формации. Докладчики предложили также варианты генезиса: один — в недрах рабовладельческой формации — западноримской империи, другой — во взаимодействии с общиннородовым строем германских и западнославянских народов — в империи восточноримской. (Другие регионы Европы, в частности, и огромный восточнославянский регион Руси, а также североевропейский, в докладе не были отражены.) При единстве закономерностей этот процесс протекал асинхронно. Горячо обсуждался и спорный вопрос о синтезе и континуитете при переходе от античности к средневековью. Большинство выступавших — и марксисты и не марксисты — приветствовали постановку проблемы и уточняли ее применительно к разным частям Европы. Лишь эксперты от США и Ватикана оспаривали само понятие феодализма, как якобы слишком «узкое», чисто «экономическое», схематичное» и пр. Отрицалась ими и универсальность феодализма. Советские историки А. Ф. Корсунский, А. М. Сахаров, Ю. В. Бромлей и др., ученые социалистических стран С. Петрова, Б. Примов, С. Сте ф а не ску, Г. А. Остро горский и др. опровергли это превратное истолкование «феодализма». Доклад Ш. Верл и нде на (Бельгия) «Торговля на Черном море до 1517 г.» вызвал живой отклик своей конкретностью и новизной источНикОВ. Интересно наблюдение докладчика над русской торговлей по Черному морю после падения Константинополя. Тезис о рабовладельческом характере торговли был оспорен Е. Ч. Скржинской и В. Цвет к овой (Болгария). Иной характер носили доклады о взаимоотношениях с Русью папства и Византии. Епископ Ф. Двор ни к (США) (как показали выступления советских историков А. П. Каждана, А. П. Но в о сельцева, А. И. Рогова) оторвал христианскую миссию от политики и идеализировал ее; на деле она, если говорить о католичестве, служила политике папства, включая и поддержку «натиска на Восток»; успех или неуспех миссии зависел прежде всего от уровня общественно-политического развития страны, принимающей христианство. Это подтвердил содержательным докладом о причинах позднего распространения христианства в Прибалтике и литовский историк Ю. М. Юргин и с. Д. О боленский (Англия) выступил с докладом «Связи между Византией и Русью (XI—XV вв.)». Как выяснили оппоненты Я. Н. Цапов, З. В. Удальцова, болгарские ученые Г. Цанкова - Петкова, В. Цветкова, Р. Ма н о л е ску, Е. С та не ску (СРР), в докладе чрезмерно преувеличена роль византийского влияния на Руси, которая к тому же на всем обширном избранном для анализа протяжении (XI— XV вв.) рассматривается внеисторично. Фактически Древняя Русь завоевала себе право на суверенную христианизацию; склонность автора видеть в русских княжествах византийские «пешки на доске европейской дипломатии» не имеет под собой никаких фактических оснований, равно

как и включение России в состав некоего византийского «содружества наций».

Проблема бедности в средние века была поставлена в содержательвом докладе М. Молла (Франция). Она не может быть решена, как зерно заметили советские историки М. М. См и рин, М. А. Бар г и др., вне связи с социально-экономическими процессами и классовой борьбой. И доклады и обсуждение вполне удовлетворили собравшихся многочистёННЫХ СПеЦИaЛИСТОВ. Исключение составил доклад Г. Поста (США) «Суверенитет и его ограничение в средневековье», в котором политические инсинуации о современности заменили новые идеи и факты по медиевистике, что и чло единодушно осуждено историками-марксистами из СССР — С. Д. Сказ к иным, В. И. Рутенбургом, Ю. М. С а п р ы к и н ы м в др., и из других социалистических стран — Я. Башкевичем, М. Б и ску пом (Польша), Э. Уитцем, Э. Мюллер - Мертен сом ГДР). Дискуссии и в секции и в примыкавших к ее тематике организациях вновь показали плодотворность марксистского понимания феодализма. Даже наиболее упорные буржуазные оппоненты теперь уже не настаизают на его чисто политико-юридическом или личностном характере. Вместе с тем выяснилось, что назревшей темой ближайшего междунагодного форума историков является доклад о генезисе феодализма на Руси и в связанных с нею регионах, равно как и социальный анализ сущности феодализма. Союз и н с титутов археологии, и стории и истории и cкусств в Р и м е обсудил доклад председательствующего Р. Морге на Италия) о состоянии дел с международным изданием восьмитомного вода средневековых нарративных источников (Repertorium fontium istoriae medii aevi), первые тома которого уже вышли в свет. Выступавсие советские историки (А. Д. Люблянская, Т. В. Блаватская), :ысоко оценивая это издание, говорили о дополнении свода отдельными туппами источников. Жаль, что доклад не был отпечатан и русские медиевисты не участвовали в его обсуждении, ибо именно русская часть года может быть существенно дополнена. Средневековой тематике и, в частности, русско-византийским взаимотношениям посвятила свою работу и Ассоциация по византийким и с следованиям, при участии ученых СССР, Болгарии, Румызи, ГДР, Югославии, а также Франции, США, ФРГ, Греции и Кипра. 3сеобщее одобрение получил доклад Г. А. Остро горского (Югослаяя) «Русь и византийская иерархия государств», на фактах доказавшег, что давно бытующая в буржуазной науке (и выраженная в докладе Д Оболенского) мысль о политическом подчинении Руси византийским "мператорам основывается лишь на претенциозных идеях византийского ниверсализма и находится в вопиющем противоречии с реальным пологением Руси в средневековом мире. Докладчик исследовал русско-визанаские отношения в их эволюции и на общеевропейском фоне. Л. Мюлтер (ФРГ) представил интересный доклад «Греки (и, в частности, грееские митрополиты) на Руси до середины XIII в.» Ему удалось "сно очертить функции митрополита, но он допустил существенные здержки, вследствие главным образом статичности анализа. Из источ"ков (приведенных Я. Н. Ца по вы м и др.) ясно, что на протяжении иследуемого времени изменилась политическая структура Руси и место в ей митрополии; летописи и хроники не раз рисуют митрополита как застника борьбы между княжескими коалициями в кругу союзников Византии. Еще больше возражений вызвал доклад Р. Анвейлер (Франция), торая, характеризуя русско-византийские отношения IX в., представила Русь в виде подвластного хазарскому каганату норманского поселения в горных ущельях Таврии. Оппоненты (В. Т. Пашуто, Г. Л. Курбатов, И. П. Шаскольский) обратили внимание на решительное расхождение этой версии с тем, что нам известно об общественно-политической структуре Руси того времени. Ярким по форме, хотя и спорным, был доклад И. И. Шевченко (США), который поставил под сомнение подлинность «Записки готского топарха», видя в ней подделку французского византиниста К. Газе. Темпераментно и веско выступавшие М. Я. Сюзюмов, Г. Г. Литаврин, Б. Л. Фон к ич возразили этой гипотезе докладчика. Заседания Ассоциации завершил богато иллюстрированный доклад В. А. Лазарева «Древняя Русь и Византия. Связи в области искусств в XI—XIII вв.». Характер работы Ассоциации хорошо определяют слова И. И. Шевченко, сказанные в конце заседания: «Я поражен тем, с каким энтузиазмом и на каком высоком профессиональном уровне обсуждаются в СССР научные проблемы». Проблемами медиевистики занималась и Комиссия по истории городов. Под председательством известного польского ученого А. А. Гей штора она обсуждала доклад своего президента Ф. Вольфа (Франция) «Развитие независимости городов в средневековой Европе. Сравнительное исследование». Докладчик представил конструктивный «Проект анкеты о развитии городской самостоятельности в средневековой Европе» и материалы, уже собранные на ее основе по Италии, Бельгии, Франции, Австрии, Польше. Они дают представление об источниках, этапах развития городской автономии и ее институтов, включая вооруженные силы и просвещение. Советские историки, одобряя и анкету и сам план сравнительно-исторического изучения городов Европы, внесли предложения об изучении социального состава горожан, демографии, семьи, организации ремесленников и включение в сферу анализа Англии, Византии, Испании, России и Румынии (Н. Е. Но сов); отметили зависимость форм городской автономии от типов и социально-экономических особенностей государств, указали, что в русском городе неразличимы те две стадии городского самоуправления, которые выделяет Р. Вольф, а именно, стадии совета, назначаемого сеньером, и городского муниципали. тета, избираемого патрициатом; на Руси городские самоуправления име ли форму веча, подвластного феодальной знати; в виду гибели городских архивов русские исследователи придают большое значение реконструк. ции письменных документов и берестяных грамот (Л. В. Черепнин): хронологические грани проекта (XII— конец XV в.) вызывают желание внести в него элементы периодизации и заменить формально-хронологи. ческий принцип его структуры синхро-стадиальным. Синхро-стадиальная трактовка материала дает возможность углубить сравнительно-историче ское исследование, обеспечивая должную сопоставимость регионов, стран городов, институтов. Специального внимания заслуживает борьба между городами и феодальными сеньерами за собственность — основу любых иммунитетных прав, а также социальной, классовой борьбы в них; надс предусмотреть изучение и городов Великого княжества Литовского, чья история хорошо отражена уставными и договорными грамотами (В. Т. Пашуто); при подготовке сводного труда могут быть полезны драгоценные собрания документов по истории итальянских городов частично изученные и опубликованные советскими учеными (Е. Ч. Скржинская, В. И. Рутенбург). Зарубежные историки (Г. Мор, Э. Эн н е н и др.) говорили о локальных особенностях истории городов и подчеркивали источниковедческую трудность проблемы. Говоря о феодальной проблематике, следует упомянуть Федера цию обществ и институтов по изучен и ю Рене с сан са: «Универсальность гуманизма Эразма Роттердамского» — тема ее заседавий; в основу обсуждения был положен доклад К. Рее дика (Нидерланды) «Эразм в 1970 г.» о влиянии идей великого голландского гуманиста XVI в. - * Большой интерес вызвало сообщение В. М. Володарского о советских трудах, исследующих распространение идей Эразма в России XVII—XVIII вв. Президент федерации Р. Марсель (Франция) подчеркнул полную новизну этих данных для западных ученых. Надо надеяться, что советские историки будут шире участвовать в международном сотрудничестве по исследованию Ренессанса, который привлекает к себе все большее внимание ученых разных континентов. Большой интерес специалистов по феодализму из 19 стран (в том числе 6 социалистических — СССР, Польша, ГДР, Венгрия, Румыния, ЧССР) привлекла и Комиссия по истори и парла м е н т с к их я со словно - представите л ь н ы х учреждений. На двух заседаниях, проходивших под председательством Л. В. Черепнина и польского историка права Ю. Бардаха, были заслушаны интересные доклады. Речь шла о типологии сословно-представительных органов различных европейских стран". В дискуссии участвовали 17 человек, из них 11 советских ученых (Н. И. Павленко, А. Л. Шапиро, А. А. Зимин, В. А. Дядиченко и др.) и 5 от других социалистических стран. Исторяки-марксисты подчеркнули роль классовой борьбы в возникновении центральных и местных органов сословного представительства. Впрочем, ее роль отметили в своих докладах и Ф. Роз - Карр и нгтон и К. Киррис. На этой комиссии возникла мысль (в выступлении В. Д. На зарова) о разработке единой программы сравнительного исследования мествых органов сословного представительства в странах Европы. Проблемы новой и стории обсуждались секцией в течение четырех дней, было рассмотрено 16 докладов, из них 3 представлены марксистами (от СССР — 1); выступили 83, из них 31 советский историк и 27 из других социалистических стран. Оживленно проходило обсуждение Большого доклада «Проблемы Европы в XVII в.» с экспертами (среди которых марксисты А. Н. Чисто звонов — СССР, Ж. Пах — Венгрия). Советские делегаты отметили, что в тематике докладов вовсе вет России, что неправомерно сужает возможности анализа и решения проблемы; они развернули свою трактовку основных социально-экономических и политических проблем “. Говоря о XVII в., советские ученые старались восполнить отмеченный пробел, выступая по докладам, посвяценным истории дворянства: итальянских историков М. Беренго и Ф. Диаса «Дворянство и администрация в Италии в эпоху Ренессанса. Формирование современной бюрократии» и французских авторов П. Губера и Ж. Мейера «Проблемы дворянства в XVII в.». Выступавшие (С. М. Троицкий, А. А. Преображенский и др.) стмечали ценность приведенных фактов для тех, кто исследует закономер

* Византии XIII—XIV вв. (К. Кирр и с, Кипр), средневековой Румынии (С. Пас«у, Румыния), Англии XIII—XV вв. (Е. В. Гуг нова, СССР), Франции начала XIV в. (А. Д. Люблинская, Н. А. Хачатурян — СССР) и XVIII в. (Ф. Роз - Каррингтон, Англия), России XVI (Г. Б. Гальперин, С. О. Шмидт — СССР), Литвы XVI в. (Ю. Бардах, Польша), Швеция XVIII в. (С. Пальме, Швеция), Корсики XVIII в. (Д. Л и гу, Франция).

* Единственный доклад по новой истории от СССР был посвящен США (А. В. Ефи*ов. Г. П. Куроп я т н и к — «К вопросу об общей тенденции истории США»); два доклада были представлены польскими и чешскими историками (Ю. А. Гиеров:кий — «Центральная Европа в XVII в. и ее основные политические тенденции»; " По л н шевский — «Социальная и научная революция в XVII в.»).

ность и специфику эволюции государственного строя в различных регионах Европы. В известной мере эти доклады (а также доклады финна П. Рен валл а об ослаблении авторитарного государства перед французской революцией и западногерманского историка С. Скал в айта — Франция и конституционный конфликт в Англии в середине XVII в.) перекликаются с тематикой Комиссии по истории сословно-представительных учреждений. Первый доклад интересен выводом о господстве дворян в государственном управлении как важнейшей причине застоя итальянского общества, об отсутствии здесь дворянства мантии и профессионально-технической специализации чиновников. Возражение вызвала трактовка в качестве класса — чиновничества — одной из прослоек господствующего класса; видимо, не следовало и отождествлять это чиновничество с бюрократией, категорией позднего феодализма — абсолютизма, когда ее положение и обязанности, как свидетельствует опыт России, были определены законом (разделение функций, иерархия учреждений и должностей), при развитии буржуазных принципов — выслуги, способностей, знаний. Если в этом докладе в класс возведено чиновничество, то в докладе П. Губера — Ж. Мейера класс дворянства лишен четкого определения и растворен среди других категорий общества. Вопрос о социальной терминологии, поставленный уже на Венском конгрессе", должен найти решение посредством создания хотя бы специальной группы; в зарубежной науке имеется достаточно ученых, интересующихся этой темой (К. Р. Шмидт, С. Руссоцкий и др.),— советские ученые тоже охотно примут участие в ее разработке. Советские историки показали, что XVII в.— переломный и в истории России характеризовался консолидацией классов-сословий, в их числе и дворянства (особенно его среднего и мелкого слоев), которое стало социальной опорой начавшегося перехода от сословно-представительной монархии к абсолютизму. Единственный доклад о России в этой секции сделал профессор Гарвардского университета Р. Пайпс (США) — он был посвящен русскому консерватизму второй половины XIX в. По докладу выступили 8 ученых, из них 5 советских (А. Я. А в рех, И. А. Федосов, А. М. Стан и славская, В. А. Твардовская, В. С. Виргинский). Советские ученые убедительно показали, что в докладе нарушен принцип историзма, а сама консервативная идеология четко не определена и трактуется по абстрактной схеме, подчиненной выводу о том, что «дух консерватизма доминирует в политическом мышлении и практике России», пронизывая якобы сменяющиеся четыре типа идеологии — церковную, дворянскую, интеллигентскую и бюрократическую. Оппоненты отмечали, что история общественно-политической мысли России подобной смены не знает, зато ей присуща нарастающая борьба революционной идеологии против консервативной. К доводам о несостоятельности схемы Р. Пайпса присоединился и английский профессор Е. Ламперт, подчеркнувший ошибочность оценки им Ф. М. Достоевского как «почвенника» и «консерватора». В заключительном слове Р. Пайпс вынужден был признать обоснованность критики. Близкие к работе секций средневековья и новой истории темы обсуждала Комиссия по сравнительной и стории церкви: «Земельная собственность церкви в средневековом обществе». «Отношения между Востоком и Западом, а также Западом и Востоком в истории церкви», «Церковь и революция». Доклад известного евангелиста

[ocr errors]
« ПредыдущаяПродолжить »