Изображения страниц
PDF

евъ, которые, предполагая отправить корабль съ товарами въ французскія и испанскія колоніи, а потомъ въ Китай, намѣревались поручить молодому прикащику главный надзоръ надъ транспортомъ. Счастливый такимъ назначеніемъ, Бессель принялся изучать французскій и испанскій языки и искусство кораблевожденія по старинному руководству Гемильтона Мура. Здѣсь изложены разныя правила безъ всякихъ теоретическихъ доказательствъ. Бессель обратился за ними къ другимъ сочиненіямъ; нѣкоторыя объясненія нашелъ онъ въ популярныхъ книгахъ объ астрономіи; это навело его на истинную дорогу, и, переходя отъ одного сочиненія къ другому, побѣждая трудности, — онъ замѣтилъ, что для дальнѣйшихъ успѣховъ необходимо познакомиться съ математическими науками. Тотчасъ принялся онъ за курсъ математики, и мысль о коммерческихъ предпріятіяхъ и о путешествіи перестала его занимать. Каждый свободный часъ (а такіе часы случались у него только ночью) посвящался астрономическимъ и математическимъ чтеніямъ. Этого мало теорію онъ соединилъ съ практикою. Съ помощію обыкновенныхъ часовъ и грубаго деревяннаго секстанта, сдѣланнаго плотникомъ, онъ началъ свои наблюденія надъ повѣркою времени, и велика была его радость, когда удавалось ему замѣтить покрытіе луною какой-нибудь очень свѣтлой звѣзды, и изъ того находить приблизительно географическую долготу Бремена. Быстрота успѣховъ его удивительна! цѣлый рядъ ученыхъ изысканій предпринятъ имъ въ такомъ возрастѣ, въ которомъ бóльшая часть учащихся, въ самыхъ даже благопріятныхъ обстоятельствахъ, едва бываетъ въ состояніи пе решагнуть первые предѣлы науки. На двадцатомъ году отъ роду онъ вычислилъ и привелъ въ порядокъ наблюденія Гаріотта и Топорлея надъ кометою 1607 года, которая такъ прославила Галлея, открывшаго періодъ обращенія ея около солнца. Эти наблюденія, спасенныя отъ забвенія барономъ Цахомъ, который нашелъ ихъ между бумагами Гарріота, поступившими въ ообственность графа Эгремонти, — суть первыя, которыя произведены надъ столь замѣчательною кометою съ нѣкоторымъ пособіемъ инструментовъ, и потому представляютъ несомнѣнную важность для вычисленій. Трудъ свой Бессель представилъ Ольберсу; мастерская обработка не только заслужила самыя жаркія похвалы, но и возбудила въ Ольберсѣ сильное желаніе упрочить наукѣ того, котораго высокое будущее значеніе знаменитый бременскій астрономъ ясно видѣлъ и предсказалъ съ полной увѣренностію. Это первое ученое сочиненіе Бесселя напечатано въ журналѣ Цаха

Мотatliche Сorresропdeпz, и непосредственно за нимъ явилась теоретическая записка о вычисленіи истинной аномаліи въ орбитахъ близкихъ къ параболѣ. Между тѣмъ Бессель пріобрѣлъ стрль глубокую опытность въ вычисленіи кометъ, что когда Ольберcъ далъ ему въ ночи 1 ноября 1803 года четыре наблюденія, произведенныя надъ кометою того года, Бессель на слѣдующее же утро доставилъ ему всѣ элементы движенія этой кометы, и на вычисленія употребилъ не болѣе четырехъ часовъ.

По истеченіи семи лѣтъ, которыя онъ по условію находился въ конторѣ Кюленкампа, Бессель совершенно оставилъ торговыя дѣла и, благодаря покровительству Ольберса, опредѣлился на мѣсто Гардинга помощникомъ Претера въ Лиліенталѣ. Астрономія сдѣлалась его спеціяльнымъ занятіемъ, и онъ трудился съ такимъ усердіемъ и успѣхомъ, что въ скоромъ времени занялъ первое мѣсто между астроНомами.

Инструменты шретеровой обсерваторіи болѣе были приспособлены для разсмотриванія физическаго устройства свѣтилъ, нежели для опредѣленія ихъ положенія. Между особенными предметами, обратившими тогда его вниманія какъ наблюдателя, нельзя не упомянуть о различныхъ рядахъ микрометрическихъ наблюденій надъ разстояніями шестого, или Гюгепсова, спутника Сатурна отъ кольца, окружающаго планету; эти наблюденія производились съ цѣлію вѣрнѣе опредѣлить массу Сатурна и его кольца, помощію возмущеній, производимыхъ въ движеніяхъ спутниковъ. Такимъ образомъ началъ онъ занятія, которыхъ впослѣдствіи не упускалъ изъ виду, и посвятилъ имъ нѣсколькихъ отличныхъ мемуаровъ; первый изъ нихъ явился въ «Кенигсбергскомъ архивѣ естественныхъ наукъ - (Л? 2); въ немъ подвергнуты строгому и систематическому вычисленію всѣ наблюденныя соединенія и противоположенія спутника съ планетою и всѣ замѣченныя исчезанія кольца; вѣрное положеніе самого кольца, элементы упомянутаго спутника и неравенства его движенія, причиняемыя дѣйствіемъ на него кольца и солнца, были подробно изслѣдованы. Когда впослѣдствіи накопились наблюденія, произведенныя Бесселемъ, преимущественно помощію знаменитаго фраунгоферова геліометра, то онъ снова обработалъ этотъ предметъ въ трехъ превосходныхъ запискахъ, напечатанныхъ въ Л? 193 — 5, Л? 214 и Л? 242 астрономическаго журнала г-на Шумахера (Аstroпотische Мachrichteп). Въ Лиліенталѣ онъ наблюдалъ еще комету 1807 года и въ 1810 издалъ свои изысканія объ этой кометѣ, которыя объяснили возмущенія въ ея движеніи и увѣнчаны были отъ парижскаго института наградою, основанною Лаландомъ.

Въ 1810 году Бессель перешелъ изъ Лиліенталя въ Кенигсбергъ, куда онъ призванъ былъ для управленія обсерваторіею, учреждавшеюся въ то время прусскимъ королемъ; онъ руководствовалъ какъ самое сооруженіе заведенія, такъ и снабженіе его приличными инструментами. Кенигсбергская обсерваторія навсегда останется памятникомъ славы Бесселя... Строеніе было окончено, и дѣятельность обсерваторіи началась въ 1813 году; съ этого времени является непрерывный рядъ превосходныхъ и для науки чрезвычайно важныхъ наблюденій Бесселя, прекратившихся только вмѣстѣ съ его жизнію. Прежде еще вступленія на поприще директора обсерваторіи, съ званіемъ котораго Бессель соединялъ также обязанности профессора астрономіи и математики въ кенигсбергскомъ университетѣ, онъ женился на дочери профессора Гагена, отъ которой имѣлъ сына и двухъ дочерей. Въ 1851 году преждевременная смерть сына, даровитаго молодого человѣка, который подавалъ надежду отличиться въ астрономіи, повергла Бесселя въ глубокую скорбь; онъ находилъ утѣшеніе только въ усиленномъ трудѣ. Все это произвело или по-крайней-мѣрѣ увеличило болѣзнь, которая, по мнѣнію медиковъ, оправдавшемуся впослѣдствіи, зависѣла отъ чрезмѣрнаго расширенія нѣкоторыхъ внутреннихъ органовъ; послѣ долговременныхъ страданій Бессель скончался 7-го марта н. c. 1846, на 62-мъ году отъ роду. Въ предлагаемои читателямъ краткой запискѣ нельзя искать обстоятельнаго разбора многочисленныхъ трудовъ этого славнаго астронома; мы только коснемся главнѣйшихъ изъ его занятій. Выше уже было говорено объ успѣшныхъ и рано предпринятыхъ работахъ, для распространенія нашихъ свѣдѣній о кометахъ. Занятія эти продолжалъ Бессель съ особенною любовью. Въ 1835 году онъ съ удовольствіемъ могъ наблюдать, помощію совершеннѣйшихъ новѣйшихъ инструментовъ, чудныя видоизмѣненія галлевой кометы, той самой, относительно которой вычисленіе старинныхъ наблюденій ознаменовало вступленіе Бесселя на астрономическое поприще и послужило для предварительнаго изысканія времени возвращенія ея къ перигелію или къ ближайшему разстоянію отъ солнца. Физическія явленія, которыя представляли видъ кометы передъ ея прохожденіемъ черезъ перигелій, особенно же видимыя колебанія, то въ одну, то въ другую сторону, потоковъ свѣта, исходившихъ изъ головы кометы и приводившихъ въ удивленіе всѣхъ европейскихъ наблюдателей, преслѣдовалъ Бессель каждый день, даже каждый часъ; соображая свои наблюденія, онъ пришелъ къ заключенію, что вещество кометы подлежитъ дѣйствію нѣкоторой полярной (или какъ бы магнитной) силы, и подчинилъ математическому вычисленію вліяніе, оказываемое на путь кометы противодѣйствіемъ матеріи упомянутыхъ потоковъ, вытекающихъ изъ ядра кометы (Аstr. Мachrichten Л? 310). Не безполевно будетъ замѣтить, что послѣ прохожденія ея чрезъ перигелій таже самая комета показывала другія явленія совершенно различнаго свойства; эти явленія, усмотрѣнныя въ южномъ полушаріи, повидимому даютъ поводъ къ заключеніямъ, которыя хотя и не совершенно тождественны съ заключеніями Бесселя, но имѣютъ съ ними много общаго, и потому предположеніе объ отталкивающихъ силахъ, какъ средствѣ для объясненія явленій, обнаруживаемыхъ кометами, должно занять мѣсто между мнѣніями, которыя не могутъ быть легко опровергнуты, и подтвердятся только помощію соединенныхъ усилій, точнаго математическаго вычисленія и новыхъ усовершенствованій въ способахъ наблюденій. Въ примѣчаніи къ одному изъ нумеровъ ученаго журнала Аstroпотische Мachrichten (Л? 175) встрѣчаемъ слѣдующія замѣчательныя слова Шумахера можно утвердительно сказать, что точный и искусный вычислитель принесетъ теперь болѣе услуги астрономіи, нежели двѣ новыя обсерваторіи». Принимая слово вычислитель въ обширномъ и высшемъ значеніи, въ которомъ безъ сомнѣнія понималъ его шумахеръ, то есть, понимая подъ этимъ словомъ вычислителя вполнѣ владѣющаго всѣми пособіями теоріи и способнаго удачно прилагать ихъ къ предметамъ изысканіи, — мы должны согласиться, что именно съ такими достоинствами предпринялъ Бессель и счастливо окончилъ, будучи еще молодымъ астрономомъ, великое свое твореніе — Еипdaтепta Аstroпотіае, твореніе, о которомъ трудно всякому, а особенно англійскому ученому говорить безъ удивленія. Оно представляетъ намъ первый примѣръ полнаго и окончательнаго вычисленія большихъ рядовъ наблюденій, основанныхъ на точномъ изслѣдованіи погрѣшностей астрономическихъ снарядовъ, и расположеннаго вездѣ по одному плану, не пренебрегая ни малѣйшими обстоятельствами, на которыя могли указывать утонченный математическій анализъ и совершеннѣйшая система выкладокъ. Здѣсь находимъ мы образцовый каталогъ звѣздъ, который (не уменьшая нисколько славы прежде изданнаго и болѣе обширнаго каталога Піацци) всегда будетъ чрезвычайно важенъ. Англичане не могутъ не гордиться тѣмъ, что ихъ національная обсерваторія представила въ двѣнадцатилѣтнихъ трудахъ одного британскаго астронома полную массу драгоцѣнныхъ матеріяловъ, послужившихъ впослѣдствіи къ столь мастерскому и столь классически пропорціальному начертанію изящныхъ основаній новѣйшей звѣздной астрономіи. Кромѣ опредѣленія мѣста звѣздъ, объясненія свойствъ инструментовъ и вывода многихъ данныхъ, имѣющихъ мѣстное значеніе, въ знаменитомъ сочиненіи Бесселя встрѣчаемъ мы изысканія, относящіяся къ повѣркѣ многихъ изъ общихъ астрономическихъ числовыхъ основаній, и навсегда остающіяся высокими образцами тонкихъ, могущественныхъ анализовъ и монографій, исчерпывающихъ свой предметъ. Эти изысканія оживляются множествомъ вѣрныхъ и остроумныхъ взглядовъ и представляютъ намъ всю совокупность нашихъ свѣдѣній о теоріи разсматриваемыхъ вопросовъ во всей простотѣ, которую только можетъ допустить ихъ сложность, и притомъ въ такой формѣ, которая есть самая удобная для практическихъ приложеній. По выходѣ въ свѣтъ упомянутаго творенія не было еще въ ходу предложенное Бесселемъ окончательное усовершенствованіе способовъ вычислять наблюденія, безъ особенныхъ таблицъ для разныхъ астрономическихъ поправокъ и для отдѣльныхъ звѣздъ: такія неудобства онъ устранилъ составленіемъ приличнои системы постоянныхъ чиселъ, относящихся къ каждой звѣздѣ и вычисленіемъ годовой таблицы, общей всѣмъ звѣздамъ и удобной для приведенія всѣхъ меридіанальныхъ наблюденій. Этотъ важный шагъ, чрезвычайно облегчившіи всѣ послѣдующіе труды астрономовъ-вычислителей, сдѣланъ нѣсколько позже и былъ почти предупрежденъ г. Бели (Ваilу), который съ своей стороны, и притомъ независимо, занимался около того же времени подобнымъ предметомъ. Чтобы дать астроному легкія средства вычислять наблюденія планетъ и звѣздъ по одной системѣ, Бессель приготовилъ и издалъ въ 1830 году свои таблицы: Тabulaе Кедіотопtanae , которыя принесли величайшую пользу наукѣ и оказали большое вліяніе на относящуюся сюда часть практической астрономни, Главные инструменты, которыми сначала владѣла кенигсбергская обсерваторія, состояли изъ двухъ снарядовъ: пасажнаго инструмента Доллонда и меридіанальнаго круга Кари. Хотя этотъ кругъ вовсе не былъ отличнымъ, однакожь Бессель мастерскимъ и подробнымъ изслѣдованіемъ ошибокъ градусныхъ дѣленій на кругѣ доставилъ ему всѣ достоинства превосходнаго снаряда. Полное изслѣдованіе погрѣшностей инструментовъ всегда было предметомъ, въ которомъ этотъ великій астрономъ являлся замѣчательно строгимъ и тщательнымъ, и конечно не безъ причины; многіе примѣры ясно доказали, къ какимъ страннымъ и поразительнымъ заключеніямъ не рѣдко приходили ученые только оттого, что подобныя изысканія были пренебрегаемы. Бессель полагалъ, что какъ бы ни высока была слава художника, она не освобождаетъ астронома отъ необходимости внимательно разсмотрѣть всѣ возможныя погрѣшности снарядовъ и опредѣлить утонченнымъ путемъ теоріи и опыта величину гнутій, которыя встрѣчаются въ трубахъ или въ кругахъ, раздѣленныхъ на градусныя мѣры, и зависятъ отъ дѣйствія ихъ собственнаго вѣса, — дѣйствія, измѣняющагося вмѣстѣ съ перемѣною положенія разныхъ частей снаряда. Въ самомъ дѣлѣ нѣтъ астронома, который бы глубже проникъ въ теоріи инструментовъ или представилъ бы многочисленнѣйшіе примѣры объясненія этихъ теорій помощію удачныхъ опытныхъ изысканій. Искусною рукою написалъ онъ еще не задолго до своей кончины объ этомъ предметѣ весьма примѣчательную записку, которая только недавно явилась въ свѣтъ и издана по его желанію. Усовершенствованіе карлиніевыхъ таблицъ солнца было цѣлію и слѣдствіемъ наблюденій, произведенныхъ помощію круга Кари и инструмента прохожденій Доллонда въ первое пятилѣтіе кенигсбергской обсерваторіи; впрочемъ и другіе занимательные предметы не были оставлены безъ вниманія; сюда надобно отнести точное опредѣленіе положеній звѣздъ, имѣющихъ большія собственныя движенія. Съ 1820 года кругъ Кари замѣненъ былъ меридіанальнымъ кругомъ Рейхенбаха, бóльшихъ размѣровъ и бóльшей точности; тогда открылось обширнѣйшее поприще для изысканій, и совершенъ былъ трудъ, котораго плодами мы теперь только начинаемъ пользоваться. Цѣль этого труда состояла въ опредѣленіи всѣхъ звѣздъ до 9 величины включительно, заключающихся въ полосѣ неба между 15? градусами южнаго и 45 сѣвернаго склоненія. Прежде однакожь нежели приступлено было къ этому важному дѣлу, новый инструментъ былъ съ помощію микроскопическаго аппарата, придуманнаго и сдѣланнаго Писторомъ, испытанъ относительно вѣрности дѣленій на кругѣ и пра

« ПредыдущаяПродолжить »