Изображения страниц
PDF

— Ну, ну.... пошла, барыня, вымолвилъ мужъ громко прихлебывая чай: — будетъ онъ у меня погляди-ка какой молодецъ.... ха, ха, ха!... Ваня, шепнулъ онъ ему, подмигивая на сахарницу: — возьми потихоньку, — ишь она тебѣ не даетъ.... Ну, матушка, Анна Андреевна, продолжалъ онъ громко: — видѣлъ я сегодня нашихъ коровокъ; ну, ужь коровы, нечего сказать, коровы! !... — Мнѣ кажется только, замѣтила супруга: — Ѳекла стала что-то нерадѣть за ними.... ты бы хоть разочикъ постращалъ ее, Никита Ѳедорычъ.... даромъ что ей 60 лѣтъ, такая-то мерзавка, право.... — Небось, матушка, плохо смотрѣть не станетъ: еще сегодня задалъ ей порядочную баню.... Ну, видѣлъ также, какъ нашъ огородишко огораживали.... велѣлъ я канавкой обнести: надежнѣе; неравно корова забредетъ или овца.... съ этимъ народцемъ никакъ не убережешься.... я опять говорилъ имъ: какъ только поймаю корову, овцу или лошадь, себѣ беру, плачь не плачь, себѣ беру, не пущай, и вѣдь сколько уже разъ случалась такая оказія; боятся, боятся недѣлю, другую, а потомъ, глядишь, и опять... ну, да ужь я справлюсь.... налѣй-ка еще чайку.... — Мнѣ говорила наша попадья, что ярманка была очень хорошая, начала Анна Андреевна: — и дешево, говоритъ, очень дешево продавали всякой скотъ.... вотъ ты обѣщалъ тогда купить еще корову, жаль, что прозѣвали, а все черезъ тебя, Никита Ѳедорычъ, все черезъ тебя.... впрочемъ ты вѣдь скоро въ городъ пошлешь, такъ тогда еще можно будетъ. — Нѣтъ, я въ городъ не скоро пошлю, отвѣчалъ, какъ можно равнодушнѣе, супругъ. — Какъ! а оброкъ-то барской когдажь пошлешь на почту? возразила та сердито. — Онъ еще не собранъ; да хоть бы и весь былъ, торопиться нечего, подождутъ! БратъТерентій Ѳедорычъ пишетъ, что барину теперь не нужны деньги.... Этакъ станешь посылать-то безъ разбору, такъ, чего добраго, напляшешься съ ними; повадятся: давай да давай.... я вѣдь знаю нашего молодца; вотъ Терентій Ѳедорычъ пишетъ, что онъ опять сталъ ѣздить на игру; какъ напишетъ, что проигрался да къ горлу пристало, тутъ ему и деньги будутъ, а раньше не пошлю, хоть онъ себѣ тамъ тресни въ Петербургѣ-то! Меня не учить, барыня, сударыня; я вѣдь знаю, какъ съ ними справляться, съ господами-то; нѣтъ у меня денегъ, написалъ ему, да и баста! паръ, молъ, сударь, не запаханъ, овсы не засѣяны, греча перепрѣла, вотъ тебѣ и все; покричитъ, покричитъ, да и перестанетъ; развѣ они дѣло разумѣютъ; имъ что гречь, чтó овесъ, чтó пшеница, одно да одно, а про чечевицу и не спрашивай.... имъ вотъ только шуры-муры, рюши да трюши, да знай денежекъ посылай; на это они лакомки... Вотъ съ ними такъ куды мастера справляться, э! матушка, знаю я ихъ, голубчиковъ, не въ первый разъ вести съ ними дѣло.... вотъ потому-то и оброку не пошлю.... не зачѣмъ!... — Такъ-то ты всегда, проговорила ворча хозяйка. — Когда это до нашего добра, такъ ты всегда кобенишься.... денегъ небось жаль на корову.... оттого и въ городъ не посылаешь.... — Да, жаль, жаль! оттого и не посылаю.... — Жаль, то-то.... а отъ кого и въ люди-то пошелъ! отъ кого ихъ добылъ, деньги-то.... — Ну, ну.... пошла, барыня.... э! смерть не люблю!... Тутъ, безъ сомнѣнія, возниклабы одна изъ тѣхъ маленькихъ домашнихъ сценъ, которыя были такъ противны Никитѣ Ѳедорычу, еслибъ въ комнату не вошла знакомая уже намъ Фатимка. Не мѣшаетъ здѣсь замѣтить, при случаѣ, что лицо этой дѣвочки поражало сходствомъ съ лицомъ жены управляющаго и особенно дѣлалось это замѣтнымъ тогда, когда та и другая находились вмѣстѣ; сходство между ними было также разительно, какъ между одутловатымъ лицомъ самого Никиты Ѳедорыча и наружностію троскинскаго бурмистра. Тѣ же черты, несмосмотря на разницу лѣтъ и всегдашній флюсъ Анны Андреевны, который сильно вытягивалъ ихъ; разница состояла исключительно въ однихъ лишь глазахъ: у жены управляющаго были они сѣры и тусклы, у Фатимки черны какъ уголья и сыпали искры. Впрочемъ сходство между ними должно было приписывать одной игрѣ природы, ибо Фатимка, или, какъ называли ее въ деревнѣ, Горюшка, никакимъ образомъ не приходилась сродни Никитѣ Ѳедорычу. — Ну, что? спросилъ онъ ее. — Мельникъ-съ пришелъ.... отвѣчала она робко. — Ахъ, я бишь совсѣмъ забылъ... да, да.... скажи, что сію минуту выйду въ контору,

— Чтó тамъ еще? отозвалась Анна Андреевна.

— Должно быть, матушка, насчетъ пошлины.... сказалъ супругъ смягченнымъ голосомъ: — мужиковъ пришелъ просить на подмогу....

Никита Ѳедорычъ хлопотливо покрылъ недопитый стаканъ валявшимся по близости календаремъ, искоса поглядѣлъ на жену, хлопотавшую подлѣ самовара, потомъ, какъ бы черезъ силу, ворча и потягиваясь, отправился въ контору.

Косвенный взглядъ этотъ и суетливость не ускользнули однако отъ Анны Андреевны, подозрительно слѣдившей за чсѣми его движеніями; только что дверь въ комнату захлопнулась, она проворно подошла къ сыну и, гладя его по головкѣ, сказала ему, вкрадчивымъ, нѣжнымъ голосомъ:

— Ванюша.... ты умница?...

— Умница.

— Сахару хочешь.... голубчикъ?...

— Кацу.

— Ну, слушай, душенька, я тебѣ дамъ много, много сахару, ступай, потихоньку, смотриже, потихоньку кътятькѣ, посмотри, не дастъ ли ему чего-нибудь мельникъ.... ступай, голубчикъ.... а мамка много, много дастъ сахарку за то.... и пряничка отрѣжетъ.... да смотри только не сказывай тятькѣ, а посмотри, да и приходи скорѣе ко мнѣ.... а я ужь тебѣ сахару приготовлю...

— Ты обманешь....

— Нѣтъ, душенька, вотъ посмотри... и сюда сахарокъ положу, какъ придешь, такъ и возьми его...

— Ты мало положила.... еще....

— Экой.... ну, вотъ еще кусочекъ....

— А еще положи....

— Довольно, душечка: брюшко заболитъ....

— Нѣтъ, еще.... еще, а то не пойду, закричалъ ребенокъ, Т0Пая Ногою. . . .

— Ну, ну.... на вотъ тебѣ еще два куска.... отвѣчала мать, боязливо взглянувъ на дверь: — ступай же теперь....

Ванюша сползъ со стула и потащился изъ комнаты, оборачиваясь безпрестаино къ матери, которая одной рукой указывала ему на порогъ, другою на кучку сахару. . . . . . . . . . . . . . . . — Здравствуй, братъ, Аксентій, сказалъ управляющій, подходя къ мельнику и глядя ему пристально въ глаза. — Здравствуйте, батюшка Никита Ѳедорычъ, отвѣчалъ тотъ, низко кланяясь. — Чтó скажешь? а?... и — Да, такъ и такъ, къ вашей милости, батюшка, приППеЛЪ. — Ну, ну, ну.... проговорилъ заботливо управляющій и сѣлъ на лавочку. — Что, батюшка, Никита Ѳедорычъ, началъ мельникъ, первминаясь, но совсѣмъ тѣмъ бросая плутовскіе взгляды на собесѣдника каждый разъ, какъ тотъ опускалъ голову, моргалъ или поворачивался въ другую сторону: — признаться сказать.... вы меня маненько обиждаете.... — Какъ такъ!? — Да какъ же, батюшка, прошлаго года, какъ я поступилъ къ вамъ на мельницу, такъ вы тогда, по нашему уговору, изволили сверхъ комплекта получить съ меня 250 рублевъ; это у насъ было по уговору, чтобъ согнать стараго мельника.... я про эвти деньги не смѣю прекословить, много благодаренъ вашей милости; а ужь насчетъ того.... сдѣлайте божескую милость, сбавьте съ меня за.... вино. — Э! ге, ге, ге.... такъ вы вотъ зачѣмъ, батюшка, изволили пожаловать, произнесъ управляющій тономъ человѣка, возмутившагося неблагодарностію другого: — э! я тебѣ позволилъ держать вино на мельницѣ, беру съ тебя сотню рублишковъ, а ты и тутъ недоволенъ, и этого много.... Да ты знаешь ли, рыжая борода, что за это бѣда! вино не позволено продавать нигдѣ, кромѣ кабаковъ, а ужь я такъ только по добротѣ своей допустилъ это тебѣ, а ты и тутъ корячишься.... Еще нынѣшнею весною допустилъ тебя положить съ нашихъ мужиковъ лишній пятакъ съ воза, и это ты видно тоже забылъ, а? забылъ, чтó ли?... — Нѣтъ, батюшка, Никита Ѳедорычъ, мы много благодарны вашей милости за твою ласку ко мнѣ.... да только извольте разсудить, еслибъ, примѣрно, было такое дѣло на другой мельницѣ, въ Ломтевкѣ или на Емельяновкѣ, такъ я бы слова не сказалъ, не пришелъ бы тревожить изъ-за эвтаго.... тамъ, изволите ли видѣть, батюшка, мѣсто-то приточное, по большой части народъ-то бываетъ вольный, богатый, до вина-то охочій, а вотъ здѣсь, у насъ, такъ не то: мужички бѣдные, плохонькіе.... винца-то купить не на что.... а мнѣ-то и не приходится, батюшка Никита Ѳедорычъ.... — Ахъ ты, бестія, бестія, говорилъ управляющій, качая головою: — ну, что ты мнѣ пришелъ турусы-то плесть? а? Выгодъ тебѣ нѣтъ!... Ахъ, ты, борода жидовская!... Да хочешь я тебѣ по пальцамъ насчитаю двадцать человѣкъ изъ троскинскихъ мужиковъ, которые безъ просыпу пьянствуютъ.... хочешь?... — Что говорить.... батюшка, есть пьющіе.... да только супротивъ Емельяновки-то того.... а я вашей милости, пожалуй, перечить не стану, готовъ заплатить.... да только, право, маненько какъ-будто обидно станетъ.... — Полно тебѣ, старая харя, возразилъ смѣясь Никита Ѳедорычъ: — меня, братъ, не проведешь; да ну, принесъ, что ли, деньги-то?... — Есть, батюшка, отвѣчалъ тотъ охорашиваясь. — То-то, выгоды тебѣ вѣрно нѣтъ; вотъ оно что; вино-то почемъ берешь? — Да по десяти съ полтиной, батюшка-съ. — А сколько воды-то подливаешь? спросилъ лукаво управляющій. Мельникъ улыбнулся, почесалъ голову и поклонился. — Давай-ка, давай ; что толковать.... продолжалъ Никита Ѳедорычъ, вставая и подходя ближе къ мельннку. Тотъ вынулъ изъ-за-пазухи тряпицу, въ которой были деньги, И сталъ считать. Въ это время дверь конторы скрыпнула. Никита Ѳедорычъ дернулъ мельника, набросилъ на деньги его шапку и проворно побѣжалъ въ сѣни. Вскорѣ вернулся онъ однако совсѣмъ успокоенный; за дверью никого не оказаЛОсь. — Вотъ такъ-то лучше, говорилъ онъ, кладя деньги въ карманъ: — а насчетъ дарово лѣса я уже писалъ барину.... сказывалъ, что плотину сшибло наводкомъ, онъ непремѣнно пришлетъ разрѣшеніе выдать.... ну, доволенъ, что ли, борода?....

« ПредыдущаяПродолжить »