Изображения страниц
PDF

— А жалобу-то не онъ совсѣмъ и понесъ... коли на прямыя денежки отрѣзать, по душѣ сказать. Она пошла отъ всего міра... онъ виновнымъ только остался.... — Какъ такъ? — Да вотъ какъ.... Старый баринъ нашъ померъ, тому лѣтъ пять будетъ, Никита и остался у насъ управляющимъ. По настоящему дѣлу ему не слѣдъ было бы; да такъ ужь старый баринъ пожелалъ.... онъ вишь выдалъ за него при живности своей свою любовницу; ее-то онъ жаловалъ, она и упросила.... — Стало любилъ ее баринъ? — А такъ-то любилъ, что и сказать мудрено... у нихъ вишь дочка была.... она и теперь у матери, да только въ загонѣ больно: отецъ, Никита-то, ее добре не любитъ.... Ну, какъ остался онъ у насъ такъ-то старшимъ послѣ смерти барина, и пошелъ тяготить насъ всѣхъ.... и такая-то жисть стала, что кажись бѣжалъ бы лучше: при баринѣ было намъ такъ-то хорошо, знамо попривыкли, а тутъ пошли побранки да побои, только и знаешь.... а какъ разлютуется.... бѣда! бьетъ, колотитъ бывало и бабъ и мужичковъ, обижательство всяко творитъ.... — Ну, а молодые-то господа? — Молодые господа наши, сынъ да дочь, въ Питерѣ живутъ.... мы ихъ николи и въ глаза-то не видали.... вистимо, братцы, кабы они здѣсь жили или понавѣдывались примѣрно хошь на время, такъ ина была бы причина... у насъ господа по отцу, добрые, хорошіе, грѣхъ сказать, чтобы зла кому пожелали, дай имъ Господь за то много лѣтъ здравствовать; вотъ мой братъ былъ въ Питерѣ и говоритъ: господа важные!... Да гдѣжь имъ самимъ до всего доходить! вотчинъ у нихъ много, и то сказать, всѣхъ не объѣздишь; живутъ они въ Питенбурхѣ, — господа! они рады бы можетъ статься, особливо баринъ, въ чемъ помочь мужикамъ своимъ, да вишь отъ нихъ все шито да крыто; имъ сказываютъ, то хорошо, другое хорошно, знатно молъ жить вашимъ хрестьянамъ, ну, и ладно, они тому и вѣрятъ, а господа хорошіе, грѣхъ сказать; кабы они вѣдали, примѣрно, что мужички въ обидѣ живутъ отъ управляющаго да нужду всяческу терпятъ, такъ вистимо того бы не попустили... Управляющему, знамо, какое до насъ дѣло? нешто мы его? дана ему власть надъ нами и творитъ, чтó ему задумается, наровитъ, какъ бы послѣднее оттянуть отъ мужичка... И добро бы, братцы, человѣкъ какой былъ, самъ господинъ али какого дворянскаго роду, что ли; все бы кажись не такъ обидно терпѣть, а то вѣдь самъ такой-же сермяжникъ, ходитъ только въ барскомъ кафтанѣ да бороду брѣетъ.... а господа души вишь въ немъ не чаютъ, они нашего мужицкаго дѣла не разумѣютъ, все сполняютъ, что ему только поволится.... Ну, какъ почалъ онъ такъ-то обижать насъ, видимъ плохо, вотъ вся деревня наша и сговорилась написать жалобу молодому барину въ Питеръ; время было къ самому розговенью.... а сговорившись-то и собрались такъ-то ночью въ ригу, всѣ до единаго въ росхмѣль, какъ теперь помнится, а рига такая-то большая за барскимъ садомъ стоитъ.... былъ съ нами и Антонъ.... При этомъ имени въ толпѣ произошло движеніе, нѣкоторые изъ слушателей наклонились еще ближе къ разскащику и почти въ одно и тоже время со всѣхъ концовъ послышалось «ну, ну!» — Онъ, нужно сказать, продолжалъ фабричный: — изо всего нашего Троскина одинъ только грамотѣ-то и зналъ... ужь это всегда коли грамотку написать али псалтырь почитать надъ покойникомъ, его бывало и зовутъ... ну, его и засадили, ниши, говорятъ да пиши, подложили бумагу, онъ и написалъ, спроворили дѣло.... Ну, хорошо, послали въ Питеръ, никто и не пронюхалъ, зарокомъ было бабамъ не сказывать, и дѣло-то, думали споро, анъ вышло не такъ.... У нашего управляющаго, Никиты Ѳедорыча, въ Питерѣ есть братъ, такой же нравный; ходитъ онъ за бариномъ; ну, вистимо, чтó говорить, сила! и другіе-то люди изъ тамошнихъ всѣ ему сродни, за-одно; какъ пришло наше письмо туда, извѣстно, не прямо къ барину: къ людямъ сначала попало; швацаръ какой-то, свѣдали мы опосля, принялъ; барину онъ ужь какъ-то тамъ передаетъ.... у меня братъ въ Питербургѣ-то у господъ бывалъ... въ одной, говоритъ прихожей, только-то народу и-и-и.... знамо, гдѣ ужь тутъ дойти? народъ все проворный, не то, что нашъ братъ, деревенскій; ну, братцы, какъ получили они себѣ письмо, должно быть и смѣкнули, съ кой сторонки.... бумага али другое что не ладно было, а только догадались, возьми они его, утаи отъ барина да и довѣдайся, чтó въ немъ писано.... а мы вишь писали, что управляющій и бьетъ то насъ беззаконно, и всякое обижательство творитъ.... Они видятъ, плохо пришло Никитѣ, возьми, да и отошли письмо-то назадъ къ нему, да еще и свое приписали... Вотъ разъ призываетъ насъ такъ-то управляющій, этому года четыре будетъ, эвтакъ объ утро, такой-то осерчалый, сердитый... а намъ не въ-домекъ, и въ мысляхъ не держали чтой-то за дѣло.... «Ахъ, молъ вы такіе да сякіе; я васъ, говоритъ, посвойски! яжь вамъ задамъ! Кто, говоритъ, писалъ на меня жалобу!!» да какъ закричитъ... такъ вотъ по закожью-то словно морозомъ проняло: знамо, не свой братъ, подитка, сладь съ нимъ; маненько мы поплошали тогда, сробѣли; ну, а какъ видимъ дѣло-то больно плохо подступило, не сдобровать, доконаетъ!... всѣ въ одинъ голосъ Антона и назвали; своя-то шкура дороже; думали, тутъ того и гляди пропадешь за всѣхъ.... Ну, вистимо, пришло Антону куды какъ жутко, ужь чего-то онъ съ нимъ, съ сердешнымъ, не дѣлалъ, какъ не казнилъ, Господь одинъ знаетъ... Былъ у Антона братъ, Ермолай, женатый парень, того въ первое некрутство записалъ, а Антона на барщину да на барщину безъ отмѣны.... Землицато у него, какъ и у всѣхъ насъ, плохая была; ну, вистимо, какъ рукъ не стало на нее, не осилилъ, и вовсе не пошло на ней родиться.... тутъ вишь братнина семья на рукахъ осталась, двое махонькихъ ребятенковъ, не въ подмогу, а все въ изъянъ да въ ИЗЪЯНъ. . . . — Знамо, ужь какая тутъ подмога-баба съ ребятенками... сказалъ вздыхая толстоватый ярославецъ: — эка, мужикъ бѣдный, право.... — Это еще не все, братцы, продолжалъ фабричный, постепенно воодушевляясь: — куды! онъ въ отмѣску ему и землюто у него ту отнялъ!... — Какъ! и землю отнялъ, землю!! крикнули многіе. — Да, отнялъ и вырѣзалъ ему что ни на есть плошную во всей вотчинѣ: суглинокъ.... хлѣба у Антона съ перваго же года и не стало... а жилъ онъ, нужно сказать, прежде не хуже другихъ.... была у него при покойномъ баринѣ добрая кулига (") сѣна, и той не оставилъ ему Никита: жирно больно живешь, говоритъ.... Видитъ Антонъ, нечемъ кормить скотинку, а нужда пришла, крайность: онъ и давай продавать, сердешный, то лошадку, то корову, то овцу.... и что бы вы думали? и тутъ-таки донялъ его Никита: не пущаетъ его въ городъ, да и полно; что

(") Кулига — частица, участокъ.

ты станешь дѣлать? продавай, говоритъ, въ деревнѣ.... извѣстно, какой ужь тутъ торгъ, мужички же неимущіе, денегъ нѣту, отдавать сталъ за безцѣнокъ. — Пришло Антону день ото дня плоше да плоше; вистимо, мужичекъ не грибокъ: не ростетъ подъ дождекъ.... долго ли раззорить его? такъ-таки совсѣмъ и раззорилъ его, довелъ до толева, что не осталось у него въ домѣ ни полщепочки, живетъ какъ бы день къ вечеру, и голодную собаку нечемъ стало изъ-подъ лавки выманить.... — Знамо, какое ужь тутъ житье! проти жара и камень треснетъ. . . . — Я чай и самъ-то ужь онъ не радъ, что грамотѣ гораздъ... — Эхъ! Богъ правду-то видитъ, да видно не скоро ее сказываетъ! замѣтилъ кто-то въ свой чередъ. — И такой-то человѣкъ этотъ Никита, сказалъ фабричный: - что хошь бы разъ забылъ свою злобу; вотъ нагдысь сказывалъ мнѣ нашъ же мужикъ, приходитъ къ нему нынѣшнюю весну Антонъ попросить осину — избенку поправить, ужь онъ его корилъ, корилъ, все даже припомнилъ.... опричь того и осины не далъ.... вистимо одно въ одно, до того дошелъ теперь Антонъ, что хошь ступай сумой тряси, т. е. совсѣмъ, какъ есть, сгибъ человѣкъ.... ужь такъ-то право жаль мнѣ его.... — Какъ же не жаль, началъ опять ярославецъ: — охо, хо!.. ты же братъ, говоришь, мужик-атъ добрый.... — Ужь такой-то добрый.... простой.... бывало, какъ жилъто хорошо, всякаго готовъ уважить, простыня мужикъ... чрезъ простоту свою да доброту и пострадалъ болѣе.... добрая была душа.... — Охъ, что-то теперь съ нимъ станется? вѣдь лошадь ты, братъ, говоришь, у него была послѣдняя?... — Послѣдняя.... ____ — Вотъ-то-то.... мерзлой рожѣ да мятель въ глаза.... плохо ему.... и врядъ ему найти.... — Гдѣ, гдѣ теперь найти! и Господь знаетъ, куды загнали ЛОШаДѣ. . . . — Право, кабы зналъ, пособилъ бы ему, ей Богу бы пособилъ, сказалъ ярославецъ. — Послушай, братъ, хозяинъ, полно тебѣ жидоморничать, ну, чтó ты съ него возьмешь, ей Богу грѣхъ тебѣ будетъ, отдай ему полушубокъ... э! не видалъ, что ли, полушубка ты крестьянскаго?.. слышишь, мужикъ бѣдный,

неимущій.... право, отдай; этимъ, братъ, не разживешься, пра отдай!... Оба фабричные и бóльшая часть присутствующихъ изъявили тоже мнѣніе. Хозяинъ отмалчивался. Сухощавое лицо его выражало совершенное невниманіе къ тому, чтó говорили вокругъ него; ни одна черта не обозначила малѣйшаго внутренняго движенія. Наконецъ онъ медленно приподнялся съ своего мѣста, погладилъ бороду, произнесъ съ озабоченнымъ видомъ: «пропустите-ка, братцы....», подошелъ къ воротамъ, окинулъ взоромъ небо, которое начинало уже посылать крупныя капли дождя, и, бросивъ полушубокъ Антона къ себѣ на плечи, вошелъ въ избу. Брань и ругательства сопровождали его. Холодный осеній дождь — забойный, какъ называютъ его поселяне, полилъ сильнѣе и сильнѣе. Въ одно мгновеніе вся окрестность задернулась непроницаемою его сѣтью и огласилась шумомъ потоковъ, которые со всѣхъ сторонъ покатились клубясь и журча къ рѣкѣ. Мужички поднялись съ лавки и подошли къ воротамъ. — Вотъ тебѣ и ярманка, сказалъ толстый мельникъ, выставляя свои сапоги подъ жолобъ: — ишь какое Господь посылаетъ ненастье... хорошо еще, что я не поторопился: того и гляди муку бы вымочилъ.... — Ишь, дядя Трифонъ, погляди-ка, какъ народъ-то бѣжитъ по горѣ.... произнесъ молодой парень, схватившись за бока: — вонъ, вонъ, по горѣ.... небось дождемъ-то знатно пронимаетъ... — Чтó за напасть, братцы, такая, вотъ почитай мѣсяцъ цѣлый, какъ дождь льетъ безперечь.... теперь того и гляди морозъ, долго ли до бѣды, какъ разъ озими обледенѣютъ.... вымочки пойдутъ.... — Да погрѣшились знать передъ Господомъ Богомъ: и прошлаго года было куды съ хлѣбами-те плохо а какъ нынѣшній пойдетъ такой-же, такъ и совсѣмъ бяда.... — Что-то теперь съ землячкомъ твоимъ станетъ? гдѣ-то онъ, сердешный? сказалъ ярославецъ, подходя къ одному изъ фабричныхъ, прислонившемуся къ завалинкѣ: — вотъ ему куды, чай, какъ плохо: ишь чичеръ, сиверца пошла какая.... — А что, сталось, перебилъ сѣдой старикашка, проходя въ это время мимо: — бѣжитъ себѣ да бѣжитъ, какъ когда я его

« ПредыдущаяПродолжить »