Изображения страниц
PDF

что вещества, содержащія въ своемъ составѣ крахмалъ и бѣлковину и заключающія въ себѣ достаточное количество влажности, легко подвергаются процессу броженія или гніенія; при этомъ выдѣляется теплота, которая при обыкновенныхъ условіяхъ частью передается наружному воздуху, частью же тратится на испареніе. Но если мы означенныя вещества поставимъ въ такія условія, при которыхъ теплота не будетъ расходоваться, тогда температура можетъ дойти до опасныхъ предѣловъ, напр., въ большихъ плотно уложенныхъ навозныхъ кучахъ. При достаточномъ содержаніи влаги, такія кучи подвергаются процессу гніенія, а развивающаяся при этомъ теплота, влѣдствіе малой теплопроводности навоза, а также вслѣдствіе компактности массы, препятствующей водѣ испаряться,–скопляется мало-по-малу внутри кучи и способствуетъ постепенному возвышенію температуры, что иногда сопровождастся выдѣленіемъ дыма и даже пламени. То же самое происходитъ и съ другими органическими тѣлами, легко подвергающимися броженію или гніенію: таковы сѣно, древесныя опилки, костяная мука и т. под. Въ особенности слѣдуетъ соблюдать осторожность при храненіи сѣна, не достаточно просо паго и плотно уложеннаго въ большія скирды. Помимо химическихъ процессовъ окисленія, броженія и гніенія, С. можетъ обусловливаться способностью многихъ пористыхъ тѣлъ поглощать въ своихъ порахъ большія количества газовъ, при чемъ вслѣдствіе сильнаго сгущенія этихъ послѣднихъ, съ одной сто оны, развивается теплота, а съ другой повышается способность ихъ къ реагированію. Такъ, окислительная способность газооб азнаго кислорода, поглощеннаго пористыми тѣлами, возрастаетъ и проявляется при значительно низшей температурѣ, чѣмъ въ обыкновенныхъ услогіяхъ. Древестьй уголь, напр., способенъ поглощать въ значитсльшой степени воздухъ и различные газы, при этомъ изъ воздуха онъ сперва поглощаетъ кислородъ. Если уголь, полученный выжиганіемъ дерева въ закрытыхъ сосудахъ, превратимъ, по прошествіи 24-хъ часовъ послѣ этой операціи, въ порошокъ и помѣстимъ его въ открытый сосудъ, то замѣтимъ, что температура его начинаетъ постепенно возвышаться, и приблизительно чрезъ 36 часовъ изъ угля вырывается пламя. Полученіе угля безъ доступа воздуха является въ данномъ случаѣ дѣятельнымъ факторомъ, способствующимъ значительному поглощенію кислорода въ первое время послѣ выниманія угля изъ ретортъ. Древесный уголь, сложенный въ большихъ массахъ на пороховыхъ фабрикахъ и въ другихъ мѣстахъ его потребленія, также иногда воспламеняется, что обыкновенно влечетъ за собой крупныя несчастья. Ржаная и пшеничная мука, отруби, ячная крупа, рисъ, чечевица, кофе, цикорій, сѣно, древесныя опилки, овечья шерсть, ленъ, конопля, табакъ и проч., будучи сильно нагрѣты или поджарены, жадно поглощаютъ атмосферный возду ъ, и легко могутъ воспламениться. Самовозгораніе каменнаго угля, случающееся нерѣдко на корабляхъ, въ складахъ и т. под. мѣстахъ, также приписывается

многими вышеуказанному явленію. С. угля въ крупныхъ кускахъ почти не бываетъ, склады же совершенно мелкаго угля весьма опасны. Съ увеличеніемъ сырости угля также возрастаетъ опасность его храненія; складъ угля, содержащаго болѣе 391, влаги, слѣдуетъ уже считать опаснымъ. Складывать уголь въ большомъ количествѣ близъ источниковъ теплоты и нагрѣтыхъ предметовъ (паровыхъ котловъ, трубъ и т. под.), во всякомъ случаѣ, не слѣдуетъ. По новѣйшимъ наблюденіямъ вентиляціонные ходы только увеличиваютъ опасность Желательно, чтобы вышина птабелей не превосходила 21/, м.; при высотѣ въ 3 м. и при содержаніи до 309), мелкаго угля, большею частью, замѣчается уже сильное его нагрѣлъ ніе. Въ С.-Петербургѣ существуетъ слѣдущее обязательное постановленіе, имѣющее назначеніе нормировать максимальные размѣры угольныхъ кучъ: между штабелями угля, кокса, торфа и др. горючихъ матеріаловъ разрывъ долженъ быть не менѣе 4 саж.; штаIбели эти не должны занимать площади болѣе 1200 кв. саж., при чемъ ни одна ихъ сторона не должна быть длиннѣе 20 саж.; вышина штабеля не должна превышать 3 Важ.; для 154952555355555. 554 беля не должна превышать 8 саж., а выпива 2 с. Частые пожары доказали, что подобные размѣры являются слишкомъ большими, и желательно придерживаться меньшихъ выше указанныхъ размѣровъ. Благопріятнымъ факторомъ для С. угля слѣдуетъ считать присутствіе въ немъ сѣрнистаго колчедана, и потому угли съ значительнымъ содержаніемъ этой примѣси являются особенно опасными. С. бензина, случающееся иногда въ заведеніяхъ для химической чистки матерій, сводится въ сущности къ воспламененію его электрическою искрою. Бываетъ именно, что при выниманія шелковой или шерстяной матеріи изъ полоекательнаго сосуда, наполненнаго бензиномъ, этотъ послѣдній иногда вдругъ воспламеняется. Интересно, что явленіе это пмѣетъ мѣсто лишь при невысокихъ температурахъ, обыкновенно ниже О?, при чемъ дни, въ точеніе которыхъ температура наружнаго воздуха опускается до–8" Ц. и ниже, являются критическими для означенныхъ заведеній; при увеличеніи температуры бензина способность его «самовозгораться» уменьшается и при 229 —25? Ц. она уже не замѣчается. Нѣсколько лѣтъ тому назадъ д-ръ Рихтеръ рядомъ убѣдительныхъ опытовъ доказалъ, что причиной воспламененія является тутъ электричество, которое возбуждается при выниманіи шерстяной или шелковой матеріи изъ бензиновой ванны; отъ тренія матеріи о бензинъ первая заряжается положительнымъ электричествомъ, а второй — отрицательнымъ, и при неблагопріятныхъ условіяхъ электричество достигаетъ такой силы, что получается искра, отъ которой загорается бензинъ. Присутствіе въ обработываемой матеріи металлическихъ пуговицъ или конскаго волоса благопріятствуетъ С., а влажность окружающаго воздуха является препятствующимъ элементомъ. Слѣдуетъ, кстати, замѣтить, что г. Рихтеръ изобрѣлъ составъ, названный имъ «антибензиншириномъ»; будучи

прибавленъ къ бензину даже въ незначительномъ количествѣ (до О,191), составъ этотъ уничтожаетъ его электровозбудимость при описанныхъ условіяхъ и дѣлаетъ обращеніе съ вимъ болѣе безопаснымъ. Имѣются указанія, что подобное же значеніе имѣетъ и мыло въ количествѣ около О,2”). А. Прессѣ. Л.

Симонтагонраніе растительныхъ объектовъ–см. Самoнагрѣваніе растеній.

Самовольная Ивановна-с. Николаевскаго у., Самарской губ., при р. Мочѣ, въ 170 вер. отъ уѣзднаго гор. Жит. 4410; земСКАЯ IIIIОДА.

Самовольная отлучка (воен-юрид.) —см. Отлучка самовольная (ХХП, 431).

Самовольное завладѣніе (порид.) —см. Захватъ (ХП, 339).

Самовольное пользованіе чужимъ имуществомъ (юрид.)— низшій видъ имущественныхъ посягательствъ. Основная его особенность заключается въ томъ, что дѣйствія виновнаго направляются не на право собственности въ полномъ объемѣ, какъ при похищеніи или присвоеніи, а на одинъ лишь изъ элементовъ этого права–на право пользованія. Пользованіе имуществомъ состоитъ въ извлеченіи выгодъ изъ него; С. пользованіе, слѣдовательно, есть извлеченіе выгодъ изъ чужого имущества безъ дозволенія владѣльца. По роду имуществъ различаютъ: С. пользованіе чужою движимостью, недвижимостью и отвлеченною собственностью — авторскимъ правомъ (см. Литературная собственность, ХVП, 785). Въ видѣ общаго правила, С. пользованіе обнимаетъ случаи извлеченія такихъ плодовъ изъ чужого имущества, которые сами по себѣ не составляютъ самостоятельной вещи, напр. взятіе чужой книги для прочтенія, пользованіе чужой лошадью для поѣздки; выдаиваніе же чужой коровы, присвоеніе купона отъ чужой процентной бумаги и т. п. разсматриваются какъ похищеніе или присвоеніе. Отъ этого общаго правила допускается отступленіе въ отношеніи пользованія плодами недвижимаго имущества. Дикорастущіе продукты земли–деревья, грибы,—рыба въ водѣ, дикіе звѣри и птицы въ лѣсу суть предметы самостоятельные и потому, съ общей точки зрѣнія, вырубка деревьевъ въ чужомъ лѣсу, собираніе грибовъ и т. д. слѣдовало бы относить къ обыкновеннымъ имущественнымъ посягательствамъ. Но еще не слишкомъ далеко то время, когда дары природы почитались общимъ достояніемъ всѣхъ и каждаго, да и понынѣ народное правовоззрѣніе не допускаетъ уподобленія посягательствъ на дары природы посягательствамъ на имущественныя цѣнности, являющіяся результатомъ труда человѣка. Въ виду этого, по отношенію къ дарамъ природы утоловнос право выдвигаетъ другой моментъ — оккупацію, и только посягательства на предметы оккупированные (дикая птица, пойманная въ силокъ, срубленныя и заготовленныя деревья и т. п.) относитъ къ общимъ формамъ имущественныхъ правонарушеній, "а посягательства на пеоккупированные дары природы разсматриваетъ какъ самовольное пользованіе. То же начало перешосится и на

искусственныя насажденія и посѣвы, пока они не отдѣлены отъ почвы. Со стороны внут559.59.332 у Признакъ «самовольности» предполагаетъ: а) что виновный завѣдомо но имѣетъ права пользоваться даннымъ имуществомъ и б) что пользованіе имъ производится безъ дозволенія хозяина. Въ нѣкоторыхъ случаяхъ для состава дѣянія требуется, впрочемъ, не только отсутствіе дозволенія, а прямой запретъ, напр. въ формѣ надписи о воспрещеніи прохода или проѣзда или заранѣе объявленнаго распоряженія владѣльца. По общему правилу, С. пользованіе влечетъ только гражданскую

1 отвѣтственность: какъ доктрина, такъ и за

конодательства знаютъ лишь отдѣльные виды наказуемаго пользованія чужимъ имуществомъ. Главнѣйшіе изъ нихъ: 1) С. охоти и ловля. Подъ вліяніемъ феодальныхъ отношеній, право охоты весьма долго имѣло на Западѣ характеръ исключительной привилегіи высшихъ классовъ, и нарушеніе его, особенно въ видѣ промысла (браконьерство", облагалось самыми суровыми наказаніями, доходившими иногда до смертной казни. Нынѣ С. охота повсемѣстно относится къ группѣ маловажныхъ полицейскихъ нарушеній, облагаемыхъ денежными взысканіями, хотя въ нѣкоторыхъ странахъ, напр. во Франціи, и до настоящаго времени сохраняется воззрѣніе на это дѣяніе, какъ на посягательство не только противъ частной имущественной сферы, но и противъ публичнаго права. Въ Россіи право охоты выработалось изъ занятія охотой, какъ промысломъ, и всегда имѣло чисто гражданскій характеръ, составляя одну изъ формъ пользованія имуществомъ. Не внесъ въ этомъ отношеніи никакихъ измѣненій и законъ З февр. 1892 г., ограничившій свободу охоты на собственныхъ земляхъ полученіемъ надлежащаго свидѣтельства, такъ какъ такое свидѣтельство права охоты за предѣлами собственнаго имѣнія не даетъ. Объединяя въ ст. 146 С. охоту съ С. рыбной или иной ловлей, уставъ о нак., налаг. мир. судьями, до закона 1892 г., опредѣлялъ въ обоихъ случаяхъ ден. взысканіе не свыше 25 рублей. Нынѣ въ ст. 146 оставлено лишь указаніе на С. «рыбную или иную ловлю въ чужихъ водахъ»; о С. охотѣ трактуетъ новая ст. 1461, сохранившая тотъ же maхimum штрафа, но установившая и minimum–5 рублей. Наказаніе за С. охоту можетъ быть удвоено, если охота производилась въ огороженныхъ паркахъ и звѣринцахъ или на лугахъ и поляхъ до уборки посѣвовъ и травъ, а также въ случаѣ повторенія проступка. Нахожденіе внутри земельныхъ или лѣсныхъ угодій, внѣ дороги, съ ружьемъ пли съ какими-либо спарядами для ловли дичи, признается за производство охоты. Тѣ же правила сохранены въ проектѣ угол. уложенія. 2) С. добываніе искитаемыхъ подходитъ подъ дѣйствіе ст. 145 миров. устава, предусматривающей С. срываніе плодовъ, овощей, собираніе ягодъ или грибовъ, вырѣзываніе дерна, добываніе песку, глины и т. п., за что положенъ штрафъ не свыше 10 рублей. Ст. 591 уложенія опредѣляетъ ссылку въ Сибирь на поселеніе «за разработку на казацшыхъ земляхъ золота,

[graphic]

204

серебра и платины безъ дозволенія правительства, или на частныхъ земляхъ безъ дозволенія владѣльца и правительства». Находя, что право собственности на наиболѣе цѣнные изъ ископаемыхъ ограждено у насъ недостаточно, проектъ уложенія выдѣляетъ С. добываніе благородныхъ металловъ, драгоцѣнныхъ камней, нефти и каменнаго угля, назначая въ этихъ случаяхъ тюрьму или исправительный домъ и оставляя подъ угрозой ден. пени до 25 р. лишь С. добываніе камней,

песку, глины. 3) С. проходъ, проѣздъ, прогонъ,

скота, пастаба и пользованіе произрастаніями земли вообще–все это маловажные проступки, облагаемые незначительными ден. взысканіями. С. проходъ и проѣздъ черезъ чужіе луга и поля по ст. 147 миров. устава считается наказуемымъ лишь до уборки посѣвовъ или травъ, С. прогонъ и пастьба скота-независимо отъ этого условія (ст. 148). 4) Свозъ на чужую землю нечистотъ и мусору–по ст. 150 миров. уст., штрафъ до 10 рублей. 5) С. пользованіе чужимъ движимымъ имуществомъ. Римское право сближало это дѣяніе съ кражей; современное право считаетъ, вообще говоря, достаточными мѣры гражданской отвѣтственности и грозитъ наказаніемъ только лицамъ, занимающимся принятіемъ чужого движимаго имущества въ закладъ или на храненіе. Проектъ угол. уложенія облагаетъ это дѣяніе арестомъ. Дѣйствующее законодательство (ст. 9929 улож.) за С. пользованіе со стороны содержателей ссудныхъ кассъ или ихъ приказчиковъ заложенными у нихъ предметами назначаетъ наказанія, полагаемыя за присвоеніе ввѣреннаго, съ лишеніемъ права содержать такія кассы. Кромѣ того, однимъ изъ видовъ мошенничества признается отдача въ наемъ или въ пользованіе чужого движимаго имущества, съ намѣреніемъ присвоить себѣ слѣдующія за наемъ деньги (ст. 174, п. 5), но тутъ, какъ разъясняетъ сенатъ (рѣш. 1880 г. Лё 46), преслѣдуется не С. пользованіе чужимъ имуществомъ, а обманное полученіе денегъ отъ нанимателя. 6) Лѣсные проступки. Всѣ современные кодексы образуютъ изъ лѣсныхъ проступковъ самостоятельную группу преступныхъ дѣяній, не смѣшивая ихъ съ общими формами похищенія, а относя ихъ къ С. пользованію. Только законодательство англійское считаетъ кражею всякое похищеніе дерева стоимостью выше одного шиллинга. Въ русскомъ правѣ наиболѣе полно отразился исключительный взглядъ на эти проступки, какъ наслѣдіе той эпохи, когда лѣса Россіи цѣнности не имѣли и общій интересъ заключался скорѣе въ ихъ истребленіи, нежели сохраненіи. Основная отличительная черта лѣсныхъ проступковъ заключается въ объектѣ или предметѣ посягательства. Объектомъ должно быть чужое лѣсное дерево (т. е. растущее въ лѣсу, а не въ саду, 273345375752555355555 не отдѣленное отъ почвы или отдѣленное отъ ****** ное или валежное). Похищеніе древесныхъ произростаній, не удовлетворяющихъ этимъ признакамъ, равно похищеніе лѣса или лѣсныхъ произведеній, заготовленныхъ и сложенныхъ, влечетъ отвѣтственность какъ за кражу

Слмовольнок пользовлвіи чужимъ имущнствомъ–Слмогитскій полкъ

[blocks in formation]

поврежденіе деревьевъ сниманіемъ коры, насѣчками и т. п., С. сидка смолы, дегтя. жженіе потапа и т. п., ослушаніе и неповиновеніе лѣсной стражѣ и несоблюденіе установленныхъ правилъ при рубкѣ и сплавѣ лѣса, особенно казеннаго (см. ст. 156—168). Накаказуемость похищенія деревьевъ изъ лѣса поставлена въ зависимость, главнымъ образомъ, отъ учиненія дѣянія въ первый, второй или третій разъ: въ первый разъ–штрафъ до 50 р., во второй–арестъ, въ третій–тюрьма до 6 мѣсяцевъ. Для признанія повторенія необходимо, чтобы вторичный проступокъ былъ совершенъ ранѣе истеченія 2 лѣтъ. Сверхъ наказанія, виновные обязываются уплатить въ пользу владѣльца двойную стоимость похищеннаго, самовольно срубленнаго, поврежденнаго или незаконно пріобрѣтеннаго лѣса, по особой таксѣ, и доставить отобранные у нихъ лѣсные матеріалы въ то имѣніе, изъ котораго они были похищены (ст. 1589 и 168). Проектъ угол. улож. относительно лѣсныхъ проступковъ сохраняетъ, въ общемъ, опредѣленія дѣйствующаго права. См. Объясненія къ проекту угол. уложенія, т. УII. III.-4 Самоветупленіе — имѣетъ мѣсто въ извѣстныхъ экономическихъ и юридическихъ отношеніяхъ коммиссіонера къ своему препоручителю. Порученіе, которое поручитель (коммитентъ) даетъ своему коммиссіонеру (корреспонденту) на продажу какой-нибудь цѣнности, разлагается на двѣ составныя части: коммиссіонеръ покупаетъ цѣнность отъ своего коммитента и затѣмъ продаетъ ее уже отъ себя. Тѣ же двѣ части наблюдаются и тогда, когда коммитентъ даетъ своему коммиссіонеру порученіе относительно покупки для него какой-либо цѣнности. Въ обоихъ случаяхъ коммиссіонеръ можетъ самъ выступить въ качествѣ контрагента по отношенію къ своему коммитенту, принимая на себя всѣ тѣ обязательства, которыя, при другихъ условіяхъ. лежали-бы на постороннемъ лицѣ. Такое самовступленіе (самоконтрагированіе) коммиссіонера по отношенію къ своему препоручителю для послѣдняго оказывается очень часто неустранимымъ и полезнымъ. Вопросъ о С. коммиссіонера (корреспондента) въ нашей литературѣ совершенно не затронутъ; права и обязанности сторонъ регулируются нормами обычнаго права. См. Барацъ, въ журналѣ «Счетоводство», Лё 7 за 1896 г.; его же, «Курсъ коммерческой корреспонденціи» и «Курсъ двойной бухгалтеріи» (стр. 73–83). С. Б. Самогятскій 1-й гренадерскій ген.адъютанта гр. Тотлебена шольтъ–сформированъ въ 1807 г. Боевыя отличія: 1) георгіевСкое шолковое знамя, съ надписями: «За отличіе противъ французовъ въ 1807 г., за Вар

шаву 25 и 26 авг. 1831 г. и за Плевну 28 нояб. 18775; 2) въ 3-мъ баталіонѣ–знаки на шапки: «За Плевну 28 нояб. 1877 г.». Самогитія–см. Жмудь и Самогиты. Самогитьи (латин. Samaуiae, 8аmagitaе, лит. 7аlenaite)–обитатели Самогитіи и Жмуди (Х11, 21), представляютъ особый историкоэтнологическій, вѣроятно смѣшанный типъ населенія Прибалтійскаго побережья. Довкoнтъ въ своей жмудской исторіи отожествляетъ всю землю прусско-литовскую по берегу Балтійскаго моря отъ Вислы до Говьи (въ Лифляндіи) съ Жмудью. Нынѣ къ этнографической жмуди причисляются вообще жители всего Тельшевскаго, большей части Россieнскаго и нѣкоторой части Шавельскаго у. Ковенской губ. Епископъ А. Барановскій («Замѣтки о литовскомъ языкѣ», 1898 г.) среди 11 литовскихъ говоровъ Ковенской губ. отмѣчаетъ всего два жмудскихъ–жмудско-тельшевскій и жмудско-россіенскій. Нѣкоторыя мѣстности Тельшевской Жмуди упоминаются уже съ ІХ вѣкѣ. Въ жизнеописаніи св. Ансгара (т865), составленномъ Римбертомъ («Vitа Аnskarii»), повѣствуется о походѣ шведовъ на Корсовскій градъ Арuliа 5572.25"?”!"Ч94524."? Опуле сохранились за р. Лубою, близъ м. Шкудъ. А. Биленштейну («Grenzen d. lett. Volksstammes», 1892) удалось 27 старинныхъ мѣстностей отожествить съ нынѣшними жемойтскими. Въ лѣтописи Нестора упоминается Норма сирѣчь Жомойть, что указываетъ на нѣкоторую связь жмуди съ финскимъ элементомъ, такъ какъ «Neroma», повидимому— финскій переводъ названія низменной земли, жмудскаго прибрежья. По словамъ лифляндской риѳмованной хроники, въ 1259 г. жамейты (8аmeiten), подъ предводительствомъ своихъ кунигасовъ, предпринимаютъ походъ въ Курляндіи на христіанъ. Жрецъ ихъ, передъ отправленіемъ въ походъ, заставляетъ ихъ обѣшать принести въ жертву богамъ третью часть добычи конями, военными орудіями или бронею, а плѣнныхъ рыцарей сжечь (см. Мierzуnski, «2rбdlа», 1, 118). Противъ обособленности самайтовъ, въ 1420 г., высказался въ письмѣ къ королю польскому вел. кн. Витовтъ, утверждая, что землей Литовской: у нихъ одинъ идіомъ и одни люди. Сами жители съ древнихъ временъ себя назвали литовцами, но никогда жамейтами, въ виду чего Витовтъ въ своемъ титулѣ земля замайтовъ есть и всегда была одна съ Жмудь отдѣльно отъ Литвы не упоминаетъ. Греч. писатель ХVI в. Іоаникъ Халкондилъ, авторъ 10 книгъ "Іаторабу, называетъ С. народомъ отважнымъ, отличающимся отъ окружающихъ образомъ жизни и языкомъ; они граничатъ съ прусами, въ домашнемъ быту и обрядахъ слѣдуютъ древнимъ грекамъ, какъ боговъ почитаютъ Аполлона и Артемиду, а въ одеждѣ похожи на прусовъ. Особую главу посвятилъ С. французскій писатель Блезъ дe Виженеръ («Пescription du Коуаumе dе Рologne et рауs adiaсents», 1573). Въ соч. 1.ukusza de Lindа: 323VIII”!”: (1655) С. оппсываются какъ люди огромнаго роста, ловкіе и здоровые: они живутъ до ста лѣтъ, отличаются военной доблестью, лихою

верховою ѣздою, а женщины–цѣломудріемъ. Самою знаменитою жмудинкою была "Бирута, легендарная жена кн. Кейстута. Преданіе это послужило предметомъ для пѣсни, составленной "Валоновичемъ и Д. Пашкевичемъ и понынѣ по всей Литвѣ и Жмуди распѣваемой. Хотя въ 1501 г. Жмудь и Литва окончательно соединились и С., послѣ Свидригайлы, болѣе не имѣли отдѣльныхъ князей, они сохраняютъ до сихъ поръ значеніе особой этнологической единицы." Кромѣ Ковенской губ., С. живутъ еще въ Мемельскомъ округѣ Пруссіи. 1. ервый литовскій катихизисъ Мажвида написанъ на жмудскомъ нарѣчіи и назначенъ не только для литовцевъ, но и для жмудиновъ. Множество легендъ и сказокъ, сохранившихся на Жмуди, собраны. Э. Фекенштедтомъ въ книгѣ: «Dіe Муthen, Sagen u. Legenden der 7amaiten», сообщающей массу"невѣрныхъ свѣдѣній по миѳологіи С. Лучшій сборникъ легендъ, записанныхъ въ Россіенскомъ у., изданъ Довойно-Сильвестровичемъ, въ библіотекѣ «Вислы», въ польскомъ пере23534.33333333333 далъ «Vsрomnieniа 7 mціdzi»; здѣсь помѣщены драгоцѣнные матеріалы по самогитской демонологіи и чародѣйству, концентрирующимся околожмудской лысой горы «Шатрія». О вѣдьмахъ и лятавицахъ писалъ М. Довнаръ-Запольскій: «Чародѣйство въ Сѣв.-зап. Краѣ» 2323421378332 слѣдованіямъ Бецценбергера («lit. Еоrschungen», 1882), жмудины Мемельскаго округа Нѣтъ”17какой”ій піайсовъ? Х1у.Т85. драконовъ и житныхъ духовъ, приносящихъ людямъ счастье и богатство. Въ легендахъ замѣтны слѣды двоевѣрія, остатки вѣрованія въ мертвыя души, которыхъ кормятъ осенью и отъ которыхъ зависитъ счастье домашняго очага. Въ древности С. жили въ особыхъ домахъ–«numа», нынѣ живутъ въ хатахъ, называемыхъ «trobа (ср. ст. Вольтера въ «Журн. Мин. Нар. Пр.», 1886): нумы–это бревенчатыя строенія 10-15 саженъ въ длину и 5-6 саж. въ ширину, съ очагомъ, въ серединѣ (см. Д. Пашкевичъ, въ «Днев. Варш.», 1829, No 44). Одежда С. отличается пестротою самотканпаго сукна, изъ котораго шьются ихъ платья. Они живутъ отдѣльными дворами и сохраняютъ древній языкъ и нѣкоторые обряды, напр. оригинальный «свадебный порядокъ» (ср. «Объ изуч. семейнаго быта лит.-жем. народа», въ «Пам. кн. Ков. губ. 1887 г.»). Народныя яства С.–шюпинисъ, родъ каши изъ ячменной крупы и гороха, и путра — родъ затирки изъ ячневой крупы съ картофелемъ. Изъ юридическихъ обычаевъ распространено обыкновеніе давать старикамъ ишимтное (ХП1, 606) изъятіе. При продажѣ участка оно превращается въ условіе кормленія старика. О, жмудскомъ періодѣ лит. литературы см. ХVП, 810. О жмудскихъ древностяхъ писали Довконтъ и Т. Довгирдъ, въ соч. «Рamigiki z сrasow рrzеdhistorусznуch na Тanціdzi», гдѣ описаны "раскопки”гигантскихъ могилъ (еnel2уnkараs) подъ Яснагоркою, Виздерги, Шмбарахъ въ 1882—1885 гг. (см. «Viadomosé о vуrobiach z lkamienia gladzоnegos (1890). Жмудскія пѣсни издали Довконтъ по Тельшевскому у. и Станевичъ по

Россіенскому («Пауnas 2emaciziu Vilnaujé», 1829). Э. В. литерѣ. Сналичогласишья и статномъ домѣ лишья — церковныя пѣснопѣнія. Такъ называются пѣсни въ Минеяхъ, написанныя совершенно самостоятельно относительно размѣра, тона и содержанія. Самогласными онѣ называются не потому, чтобы были написаны въ какомъ-нибудь особенномъ гласѣ, отличномъ отъ 8 церковныхъ гласовъ, но потому, что имѣютъ имъ только принадлежащую мелодію. Гласовыя мелодіи для стихиръ Октоиха изобразилъ музыкальными знаками Іоаннъ Дамаскинъ и назвалъ ихъ самогласными (itéраrta). Надъ ними часто надписывается и гласъ Октоиха, на который онѣ должны быть пѣты. Пѣсни самогласныя принадлежатъ преимущественно Андрею Критскому, Косьмѣ Маюмскому, Іоанну Дамаскину, Іосифу Пѣснописцу. Самоподобными, какъ и самогласными, называются шѣсношѣнія, составленныя самостоятельно, такъ что для нихъ не служила обращомъ никакая другая пѣснь пш по размѣру, ни по гласу. Различіе между самоподобными и самогласными состоитъ въ томъ, что самоподобны, (обыкновенно–двѣ или три пѣсни), не будучи составлены по образцу другихъ пѣсней, сходны между собою по размѣру, тону и содержанію, иногда даже буквально, а самогласны несходны между собою. См. П. Лебедевъ, «Наука о богослуженіи православной церкви» (М. 1891); архим. Гавріилъ, «Руководство по литургикѣ» (Тверь, 1884); Нестеровскій, «Литургика, или наука о богослуженіи православной церкви» (Курскъ, 1895). Самодержавіe.-Термины С., самодержецъ, ранѣе нерѣдко самовластецъ (лѣтописи), самовластный монархъ (законодательство Петра Вел.), въ разныя эпохи имѣли разнос значеніе. Какъ показалъ В. И. Сергѣевичъ, терминъ «самовластецъ» означалъ князя хотя и не обладавшаго неограниченною властью, но объединившаго въ своихъ рукахъ какуюлибо волость. При Іоаннѣ П1, который первый оффиціально принялъ наименованіе самодержца, этотъ титулъ указывалъ на внѣшнюю независимость великаго князя. Въ такомъ смыслѣ терминъ этотъ употребляется еще въ актахъ имп. Екатерины П, хотя уже съ Іоанна Грознаго подъ С. разумѣютъ и неограниченность власти государя въ дѣлахъ внутренняго управленія. По словамъ Сперанскаго, и въ Сводѣ Законовъ «самодержавіе» имѣетъ два различныхъ смысла: оно указываетъ и на внѣшнюю международную независимость, и на внутреннюю неограниченность власти монарха. Въ настоящее время подъ С. понимаютъ исключительно абсолютную власть монарха въ дѣлахъ правленія, а для обозначенія внѣшней независимости государства употребляютъ терминъ «суверенное государство». Подъ неограниченною или абсолютною монархіею разумѣютъ такую форму правленія, при которой одному лицу, монарху, принадлежитъ вся полнота власти, не раздѣляемой имъ ни съ какимъ учрежденіемъ или лицомъ и не ограниченной никакими юридическими нормами, вслѣдствіе чего каждое повелѣніе монарха имѣетъ безусловную обязательную силу.

Ни въ одномъ государствѣ, кромѣ развѣ самыхъ незначительныхъ, единоличный правитель не можетъ имѣть ясное представленіе о существѣ всѣхъ предлагаемыхъ ему на утвержденіе мѣръ, не можетъ знать всѣхъ условій общественнаго и юридическаго быта разныхъ классовъ населенія и разныхъ мѣстностей государства; поэтому характеръ того общественнаго класса, который стоитъ всего ближе къ престолу, имѣетъ большое значеніе для хаУ.92, 222.29 1ризнанная закономъ полнота власти монар

ха встрѣчаетъ иногда ограниченія въ фака

ческихъ условіяхъ жизни. Многія намѣренія

неограниченныхъ монарховъ остаются, заве

имѣніемъ надлежащаго административнаго механизма и соотвѣтственныхъ исполнителей, неосуществимыми: царствованіе Петра Великаго дастъ немало тому примѣровъ. Несомнѣнными преимуществами неограниченной монархіи сравнительно съ другими видами государственнаго устройства являются энергія правительства, единство и быстрота его дѣйствій. Съ другой стороны, нельзя отрицать возможность произвольныхъ распоряженій, не столько со стороны монарха, сколько со стороны приближенныхъ къ нему лицъ, среднихъ и даже низшихъ властей Съ этой точки зрѣнія теорія государственнаго права различаетъ нѣсколько видовъ неограниченной монархіи Въ деспотіи монархъ и его органы властвуют не во имя народнаго блага, а въ своихъ личныхъ интересахъ, и притомъ не на основаніи законовъ, а по своему усмотрѣнію. Довольно близокъ къ этому типу, французскій придворный абсолютизмъ ХV111 вѣка (такъ наз. аnсіen régimе). Просвѣщенный абсолютизмъ ХVІП в. характеризуется тѣмъ, что короли признавали себя первыми слугами государства, нравственно обязанными работать на благо подданныхъ, и стремились осуществить въ управленіи начало законности, но не допускали никакого вмѣшательства подданныхъ въ дѣло правленія. КОридическая сущность неограниченной монархіи — отсутствіе какихъ-либо предѣловъ власти монарха и нравственный, а не юридическій характеръ всѣхъ лежащихъ на немъ обязанностей, — во всѣхъ перечисленныхъ видахъ неограниченной монархіи остается, однако, неизмѣнною. Общій характеръ дѣятельности монархическаго правительства находится въ зависимости не только отъ нравственныхъ достоинствъ монарха и политическаго и общаго развитія приближенныхъ къ нему слоевъ общества, но также и отъ того общественнаго и экономическаго строя, въ которомъ приходится дѣйствовать данной государственной власти, и отъ достоинствъ того правительственнаго механизма, которымъ она располагаетъ. Въ этомъ отношеніи наибольшее практическое значеніе имѣетъ существованіе въ государствѣ такихъ классовъ населенія, которые, по своему образованію, были-бы способны сознавать свои права и дорожить ими, и которые вмѣстѣ съ тѣмъ, по тѣмъ или другимъ причинамъ, представляли-бы такую общественную силу, съ мнѣніемъ которой нельзя не считаться. Другимъ факторомъ, уменьшающимъ деспотическій

« ПредыдущаяПродолжить »